Книга Ангел-хранитель, страница 65 – Сара Парецки

Через несколько минут приехала Лотти, и разговор перешел на музыку и планы Ори и Майкла на лето. Орь предполагала дирижировать в Танглвуде, он же собирался на гастроли на Дальний Восток. В конце лета они снова должны были встретиться и поехать в Восточную Европу, хотя оба были обеспокоены антисемитскими настроениями в этой части земного шара. Лотти, казалось, забыла, что сердилась на меня из-за Кэрол, поцеловала меня при встрече и приняла самое живое участие в беседе.

В половине восьмого я поднялась, чтобы идти. Они собирались ехать в ресторан, но у меня и без того был очень трудный день. Я мечтала только добраться до кровати.

Майкл встал вместе со мной:

— Завтра мы улетаем обратно в Лондон. Я провожу тебя вниз, Вик, чтобы попрощаться.

Я поблагодарила Макса за гостеприимство.

— До свидания, Орь. Я была очень рада познакомиться с вами и услышать вашу музыку, – сказала я.

Музыкантша махнула на прощание рукой, словно подавала сигнал оркестру. Она не поднялась со своего стула. Когда Майкл закрывал дверь в холл, я слышала, как она рассуждает по поводу квинтета Челлини, который Макс и Лотти хорошо знали.

Майкл придержал передо мной дверцу «транс-ам». Я пожала его руку через открытое окно.

— Желаю тебе благополучно добраться до Лондона. Надеюсь, ты не очень переживаешь, что на прошлой неделе вам пришлось играть перед этим стадом баранов, ничего не смыслящих в музыке?

Он улыбнулся, и его зубы сверкнули в темноте.

— Тогда я готов был разбить свою виолончель об их головы. Единственное, что остановило меня, был ее возраст. Теперь я могу просто пожать плечами. Этой зимой мы с Орью будем исполнять этот концерт в «Альберт-Холле». Тогда она обязательно получит признание, которое заслужила. Мы собрали довольно приличную сумму для «Чикаго сеттлмент». Я не перестаю напоминать себе о том, что это единственная причина, по которой мы согласились выступить.

— Если бы я только знала, что мой бывший супруг заполнит зал юристами и финансовыми магнатами, я бы предупредила тебя, какова будет аудитория. По крайней мере, я могу тебе обещать, что в Лондоне его не будет.

Он рассмеялся и подождал, стоя на дорожке, пока я не выеду на улицу. Он не был похож на отца, но унаследовал прекрасные манеры Макса.

Я посигналила каштановой «хонде», которая внезапно решила свернуть на шоссе с подъездной дорожки. Я включила радио как раз в тот момент, когда Элен Коулмэн снова рассказывала о том, как ее затошнило, когда она нашла тело, плавающее в канале Сэнитэри. Я внезапно вспомнила о Митче Крюгере. За своими переживаниями по поводу Харриет Фризелл я даже не вспомнила сегодня о пропавшем механике.

Стикни. Это в нескольких милях к западу от тех мест, где бывал Крюгер, – от кварталов вокруг Дэймен. Вряд ли это был он. Но старик мог упасть в воду, когда бродил пьяный вокруг канала. Я не знала, есть ли там ограда. Как далеко могло уплыть тело за неделю – ведь прошла уже неделя, как Крюгера видели в последний раз.

Я повернула с Шеридан на Лейк-Шор-Драйв. Машины вокруг меня неслись со скоростью шестьдесят миль в час – на добрых пятнадцать миль выше допустимой, – но я держалась правой полосы, пытаясь сообразить, как далеко находится Стикни и с какой скоростью должна течь река, чтобы туда принесло тело. Хотя ведь оно двигалось не по прямой. Труп мог застрять в куче мусора или плавающих досок, которые скапливались у поворота, и оставаться там несколько дней.