Книга Предателей не прощают, страница 46 – Сергей Трифонов

Обо всём этом Елена рассказала Карновскому не спеша, делая деликатные отступления с вопросами о Борисе Михайловиче, его семье, работе, его отношении к Питеру, Москве, Лондону… Она не была навязчивой. Её вопросы как бы растворялись в кружевах естественного женского любопытства. Она эмоционально и, как показалось Карновскому, с горечью прослушала историю о его семейной драме, трижды перекрестилась и пожелала помощи Господней его несчастной супруге.

В рассказе о себе она, правда, опустила информацию о том, что после окончания Киевского университета её приняли на работу в Службу внешней разведки Украины, и училась она в Ирландии на средства британской MI6, а потом оттачивала навыки украинской Мата Хари в Англии, Голландии, Латвии и России.

В какой-то момент её британские наставники посчитали, что она нужна им в Киеве. Елену Андреевну Устименко перевели из Службы внешней разведки в Главное управление разведки министерства обороны Украины и назначили «смотрящим» в дорогой киевский отель, где часто останавливались официальные делегации разных стран, в том числе и из России. И Карновский останавливался там. Когда же британская разведка узнала о приезде Бориса Михайловича в Латвию, латышским коллегам было поручено завербовать Карновского. Но непрофессионализм и тупость латышского вербовщика разозлили руководителя британской резидентуры в Прибалтике. Из Киева была срочно вызвана Елена Устименко.

Приятный вечер подходил к концу, и Карновский, которому очень понравилась молодая женщина, совсем не хотел расставаться с ней. Но, будучи человеком воспитанным, он боялся всё испортить, попытавшись сразу затащить её в постель. Он предложил прогуляться по ночным улочкам Майори и потом проводить её домой. Прогуливаясь не спеша, они продолжали говорить о прелестях Москвы и Киева, о богатстве и неотразимости украинской кухни, о непонимании украинской молодёжью всего того, что происходит в России, ведь в Россию она не ездит, предпочитая Литву, Польшу, Чехию и Германию. Она выражала недоумение, почему Кремль так болезненно воспринимает поворот Киева в сторону Евросоюза и НАТО, ведь Россия не может предложить Украине всех тех благ, какие сулит Запад.

Карновский говорил о единых корнях наших народов, общности культур и прочности экономических связей, созданных ещё в пору СССР, о неприятии россиянами ущемления всего русского и выдавливания русского языка, о нежелании крымчан, жителей Донецкой и Луганской Народных Республик жить в стране, где реанимируют нацизм, бандеровщину, вдалбливают в головы молодёжи такие европейские «ценности», как превосходство ЛГБТшного меньшинства над большинством нормальной половой ориентации… Елена улыбалась, не спорила, только порою замечала:

— Каждому своё – кому христианские заповеди и традиции, кому современные европейские ценности… Если русские в Украине не хотят жить по украинским законам, вольному воля – пусть едут в Россию, но Крым и Донбасс принадлежат Украине… Молодёжь сама разберётся, с кем ей быть – с богатым миром Запада или с Россией… – Вдруг она остановилась и сказала: – Борис, но вы-то сами имеете недвижимость в Латвии, отдыхаете здесь, на Рижском взморье, значит, не всё вас устраивает в России?

В порыве откровенности Карновский проболтался, что он небеден, мечтает покинуть Россию, жить жизнью рантье где-нибудь в тихом местечке на берегу тёплого моря. Елена призналась, их мечты совпадают. Она предложила зайти к ней в арендованную квартиру на чай. Он с радостью согласился и остался у неё на ночь.