Книга Дракон отдал мое место другой, страница 147 – Виолетта Вейл

— Вы пришли, — сказала она.

— Пока да.

Я не подошла слишком близко.

Она заметила. Кивнула.

— Правильно.

— Что случилось?

Эстера провела ладонью по шее, словно там тоже было что-то, чего не видно снаружи.

— Они решили, что я больше не нужна живой для игры. Только полезной достаточно долго, чтобы успеть перевести последнюю часть сделки на бумагу.

Я почувствовала, как внутри что-то холодно сжимается.

— Кто именно?

— Юг и та часть вашего дома, которая все еще верит, что можно спасти схему, если успеть отрезать от нее все лишнее мясо.

— Говорите яснее.

Она горько усмехнулась.

— Хорошо. Я больше не нужна как будущая хозяйка. Я нужна как свидетельница, которая подтвердит правильную версию, подпишет то, что дадут, и потом либо уедет, либо заболеет, либо тихо исчезнет до того, как начну говорить не тем людям.

— И вы поняли это только сейчас?

— Нет. Но сегодня мне это сказали почти прямо.

— Кто?

Она посмотрела на меня долгим, тяжелым взглядом.

— Моя мать.

Я замерла.

— Она здесь?

— Была. Уехала час назад через северные ворота. Приезжала не ко мне как мать. Как посланница дома Саэр.

Это было даже не неожиданно. Скорее мерзко именно своей предсказуемостью. Конечно. Когда дело доходило до конца, старые дома всегда присылали женщину к женщине. Чтобы не марать мужские руки последней грязью лично.

— Что она сказала? — спросила я.

Эстера молчала несколько секунд. Потом очень ровно произнесла:

— Что долг должен быть закрыт до весеннего совета. И что если я уже не могу удержать место, то хотя бы должна удержать пустоту на нем достаточно долго, чтобы юг не оказался проигравшей стороной окончательно.

Я смотрела на нее и чувствовала, как смысл этой фразы входит слишком глубоко.

— Пустоту, — повторила я тихо.

— Да.

— То есть дело было не только в вас.

— Нет, Элинар. Никогда не было только во мне.

Она шагнула ближе. Осторожно. Так, чтобы я еще могла отступить, если захочу.

— Все это время юг платил не за меня как за женщину. За дыру. За ваше отсутствие на месте, которое должно было остаться пустым достаточно долго, чтобы его можно было занять правильно, переделать, закрепить или превратить в запасную линию. Моя мать сказала это почти дословно: “Ты должна была не стать ею. Ты должна была удержать ее пустоту”.

Вот оно.

Вот та фраза, вокруг которой последние недели и ходила вся моя ярость.

Они платили не за Эстеру.

Они платили за мою пустоту.

Чтобы мое место не вернулось ко мне само через дом, огонь, память и мужчину раньше, чем им удастся закрепить новую форму.

— Кто заплатил? — спросила я.

Эстера закрыла глаза на секунду.

Потом открыла.

— Саэр — деньгами, людьми и телом дочери. Но не только.

— Продолжайте.

— Первая часть долга шла от моего деда. За северные перевалы и старую войну. Вторая — от вашей вдовствующей линии, еще при жизни прежнего главы. Они боялись женщины рода с “избыточным внутренним огнем”. Боялись повторения Лиоры. Моя мать сказала, что тогда впервые и возникла мысль: если новая линия снова даст слишком сильную женщину, нужно иметь заранее купленную пустоту вокруг нее. Женщину-затычку. Меня.

Я почти не дышала.

Лиора.

Опять.

Значит, все было еще глубже, чем я думала. Не просто повторение старой схемы. Это была старая схема, заранее улучшенная на случай, если дом снова выберет не ту женщину, которой будет удобно управлять.