Книга Сахарная империя. Цена перемен, страница 167 – Юлия Арниева

— Кто еще?

— В Лидсе есть Мэттью Мюррей. — В голосе Радда проскользнуло уважение. — Вот это, миледи, редкий ум. Человек из простых мастеров, начинал подмастерьем, а ныне владеет собственным заведением. Поговаривают, его станки дают такую точность, что детали сходятся без малейшей подгонки. И он берется за что угодно, лишь бы было интересно. — Радд иронично улыбнулся. — В Сохо его, говорят, ненавидят. Настолько, что выкупили все земли вокруг его завода, лишь бы лишить его возможности расширяться.

— Почему вы прежде о нем не говорили?

— Откровенно говоря, миледи, из опасения, — ответил Радд, остановившись посреди комнаты. — На машину мистера Уатта выправлен патент. И он защищает свои права с беспощадной суровостью — я слышал об этом не раз. Стоит кому-то построить двигатель с отдельным конденсатором, как Уатт тут же преследует его судом и разоряет тяжбой. Мастера боятся его больше, чем банкротства. Иные оттого и строят по старинке, гораздо хуже, чем способны, лишь бы не навлечь на себя его гнев.

— Мистер Радд, — проговорила я неспешно. — А до какого года действителен его патент?

Радд изумленно приоткрыл рот, затем лишь развел руками:

— Этого я не знаю, миледи. Нам, мастеровым, не до юридических тонкостей. Патент кажется нам чем-то неизбежным, вроде погоды. Знаю только, что выправлен он давно, и мистер Уатт продлевал его через Парламент.

— Продлевал, — повторила я. — Стало быть, и у этого решения есть свой срок.

Я поднялась и подошла к окну. За стеклом разгорался блеклый утренний свет, парк утопал в тумане, и с ветвей вязов срывались тяжелые капли вчерашнего дождя.

— Сегодня же напишу Финчу, — сказала я. — Пусть поднимет в Патентном бюро все бумаги, касающиеся машин мистера Уатта: когда выправлен патент, на какой срок продлен и когда истекает.

— А если срок уже истек? — тихо спросил Радд за моей спиной.

— Тогда, мистер Радд, вся Англия который год трепещет перед призраком. И тогда мы немедленно отправляемся в Лидс.

Он ничего не ответил. Обернувшись, я увидела, что инженер уже снова склонился над столом, а его карандаш летал по бумаге с такой страстью, что крошился грифель.

Письма я написала тем же утром, сразу по возвращении к себе в кабинет.

Первое адресовалось Финчу: с поручением поднять в Патентном бюро все документы, касающиеся привилегий мистера Уатта, с исчерпывающими датами и сроками. В постскриптуме я деликатно напомнила ему о просьбе наведаться в Сохо и выяснить, какой именно предмет заказывал там мистер Вэнс.

Второе письмо — в Лидс — далось с ощутимым трудом. Я переписала его дважды, вымарывая любые подробности, способные выдать мое имя или положение: ни упоминания графа, ни Норфолка, ни возводимого канала. На бумаге осталась лишь просьба сообщить, в какой именно срок заведение мистера Мюррея берется исполнить приводную и подъемную машину средней мощности и в какую сумму обойдется подобная работа.

Я как раз прижимала печать к остывающему воску, когда в дверь постучали: трижды с оттяжкой. Этот стук я узнала прежде, чем повернулась дверная ручка.

Дик вошел, бесшумно притворил за собой створку и застыл у порога.

— Миледи. Есть кое-какие сведения.

Я отложила письмо и жестом указала ему на кресло. Он присел на самый край, сложив на коленях ладони.