Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
А вот и Серые горы! Ну, привет вам от белорусских и среднерусских равнин! Большой и горячий! Вот что осталось неизменным, хотя… Нет, вы только посмотрите, не иначе вертолётчики промахнулись. Или артиллеристы после большого праздника устроили учения. На свою голову. Это ж надо, такую махину свернуть! А я думал, что горы вечные… Да, вот как получается, порой простые смертные живут дольше горной тверди… Он остановил машину у небольшой стоянки. Поднялся на холм и долго рассматривал отколовшийся от скалы кусок базальта. — Подходящий размерчик. С небольшой аэродром. И как тебя угораздило? — Взорвали паразиты, — рядом нарисовался смешной старичок в сдвинутом на затылок сомбреро. — Шумы понаделали, а толку… — Кто взорвал, вояки? — поинтересовался приезжий. — Какое там, — махнул рукой дедуля. И тут же придержал шляпу, плохо державшуюся на лысой голове. Выразительно крякнул в сторону придорожного кафе. Кашлянул для ускорения умственных процессов чужака. — Присядем? Присаживаться не хотелось. Нечаянного собеседника несло дальше. Мимо природных катаклизмов и прочей неинтересной шелупони. Несло норовистым горным потоком. К главной цели дальней и непростой поездки. — Прости, дед. Тороплюсь. А сам-то выпей… — незнакомец протянул дедку купюру. — Вот оно как… — прошептал дед, почёсывая затылок через толстый войлок, — щедрое подношение. За что пить буду? — За здоровье. За мир. За что пьют-то у вас теперь? — А за что и пили. Бывал, что ли, мил человек, в наших краях прежде? — Бывал. И пивал. Ты вот что, помяни моих… Кого помню и люблю. — Всех близких, значит… — Типа того. — Ну… — дедок что-то прикинул, пошелестел бумажкой, — за такие дела не пить, а молиться надо. Так и быть, уважу просьбу — сначала в церкву схожу — у нас новый батюшка с год как нарисовался, церкву из праха, почитай, возродил. Даже я уверовал. Стало быть, забегу. Свечку поставлю, Богоматери словечко на ухо шепну. А уж потом не взыщи, отмечу это дело полынной наливочкой. Тутошняя буфетчица знатную наливку ставит. Только для постоянных клиентов. Могу словечко замолвить… — Не стоит, за рулём и спешу. Спасибо, дед! — Это за что ж? Я ж ещё ни духом, ни шагом… — За понимание. Да, и за солнышко глотни. Не помешает. Мужчина сел в машину и завёл двигатель. — М-да, — глубокомысленно заметил старик, — потрепала мужика жизнь. Основательно потрепала. А торопиться всё одно не следует: кто знает, где найдёшь, а где потеряешь. Где скорей окажешься, а где вернуться придётся. Он покосился в сторону кафе. Вздохнул. И засеменил по тропинке к стоящей у подножия гор церквушке. * * * — И чего несусь? И куда? — нервничал мужчина, направляя машину к перевалу. — Столько лет прошло, никто и не вспомнит. Гарнизона практически не существует. Сослуживцы разлетелись по стране. Иных уж нет… Чуть в стороне от дороги расположилась уютная стоянка. Скамейки, столики, несколько беседок, санузел. Мангал. У края бетонной площадки стояло несколько фур. Рядом, у крайней скамейки, примостилась высокая худенькая девчушка. Разложила на куске полиэтилена нехитрый товар — кедровые шишки, пихтовое масло, вяленую рыбу, вязаные носки. В руках у девочки синело пушистое облачко первоцветов. — Бизнесменша, — снисходительно усмехнулся водитель, — нужно поддержать малявку. |