Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 93 – Ксения Чернова

— Я тогда нарушила приказ. Сейчас не прошу разрешить действовать одной. Возьмите в группу и командуйте.

— Вы задержанная.

Савельев вмешался:

— Больше нет времени поддерживать формальный статус.

Он посмотрел на караульных.

— С этого момента Ветрова временно привлекается к операции по задержанию подозреваемого. Под мою ответственность и ответственность капитана Громова.

Один караульный удивлённо открыл рот. Второй молча кивнул.

Савельев повернулся к Александре.

— Это не оправдание, не освобождение и не награда. Вы нужны, потому что участвовали во всех предыдущих контактах с Келлером, помните след и способны работать с Громовым на местности.

— Понимаю.

— Любое отклонение от приказа — и операция продолжается без вас. Если попытаетесь преследовать Дроздова самостоятельно, капитан выполнит прежнее обещание.

Громов посмотрел на него.

— Решение моё.

— Тогда решайте.

Капитан несколько секунд молчал. Сверху продолжали греметь разрывы, но огонь постепенно уходил южнее. Немцы выполнили задачу: разбили связь, создали хаос и дали агенту время покинуть штаб.

— Ветрова идёт, — сказал Громов. — Крылова тоже.

Надя выпрямилась.

— Почему я?

— Потому что видела направление, знаете методы Александры и умеете замечать то, что она пропускает.

Он произнёс последнее без насмешки. После манекена и кальки Надя заслужила это место не присутствием рядом, а собственной работой.

— Оружие? — спросила Александра.

Громов вышел в коридор и вернулся с винтовкой Лидии. Вероятно, держал её неподалёку с момента обстрела. Проверил затвор и передал Александре.

Оружие легло в руки тяжело и правильно.

— Пять патронов в магазине, ещё десять у Крыловой, — сказал капитан. — Прицел после последнего выхода не проверяли. Возможен сбой.

Александра приложилась. В полумраке оптика почти не работала.

— Проверю на первой безопасной возможности.

— Стрелять для проверки нельзя. Келлер услышит.

— Тогда поверю прежней пристрелке.

— Не люблю, когда вы верите.

— Сегодня выбора мало.

Надя получила карабин и патроны. Савельев взял автомат убитого или раненого бойца, проверил магазин.

В коридоре формировалась группа. Колесов, Митрохин и ещё шестеро разведчиков. Один нёс ручной пулемёт, двое — гранаты и запасные диски. Молодого Белова среди них не было, и отсутствие ощущалось сильнее присутствия любого другого.

Громов разложил карту на подоконнике.

— Дроздов ушёл через сад. Короткая дорога идёт вдоль ручья, затем пересекает старую просеку и выходит к лесопилке с востока. Мы пойдём севернее по лесу, попытаемся перерезать путь до оврага. Вторая группа закроет нижний выход. Если Дроздов уже у лесопилки, не штурмуем сразу. Проверяем немецкое прикрытие.

— Сколько времени у него? — спросил Колесов.

— Не больше двадцати минут.

— Если бежит налегке, может дойти раньше нас.

— С планшетом и плохой ногой — ненамного.

Савельев указал на овраг.

— Живым, если возможно. Нам нужны канал, сообщники и подтверждение по предыдущим ударам.

— А если переходит линию?

— Остановить любым способом.

Колесов кивнул.

— Выходим.

Двор штаба выглядел так, словно по нему прошёл тяжёлый зверь. Возле кухни горели сани. Телефонный кабель висел оборванной чёрной кишкой. Санитары несли раненого Лунина. Его лицо было белым, плечо перевязано, кровь проступала сквозь ткань.