Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 94 – Ксения Чернова

Савельев остановился возле носилок.

— Видел направление?

Лунин с трудом открыл глаза.

— К саду… Потом вправо. Планшет у него. Пистолет… ТТ.

— Один?

— Один. Но возле кухни кто-то… сигнал подал. Не видел.

— Какой сигнал?

— Свист. Два коротких.

Савельев переглянулся с Громовым.

Возможный сообщник.

Или заранее условленный знак от немецкого наблюдателя, услышавшего начало побега.

— Отправьте описание всем постам, — приказал Савельев караульному. — Но без слова «Дроздов». Сообщите: вооружённый командир с планшетом, направление старый сад.

Они покинули штаб.

Артиллерия продолжала работать, но теперь разрывы ложились дальше. Дым закрывал часть деревни. Группа двигалась быстро, используя дворы и разрушенные дома. Александра чувствовала винтовку, ремень и патроны. Тело Лидии за последние дни окрепло. Голова уже не кружилась от каждого ускорения, горло болело меньше. Но после нескольких сотен метров дыхание всё равно стало тяжёлым.

Надя шла рядом.

— Не отставай, — сказала Александра.

— Я за тобой слежу.

— Сейчас не обязательно.

— Сейчас особенно.

Они достигли сада. На снегу виднелись свежие следы. Один человек бежал, ставя правую ногу немного наружу. Новые каблуки оставляли ровный рисунок, но привычку Дроздов не изменил.

Возле плетня он упал или опустился на колено. Снег смят, рядом капля крови.

— Ранен? — спросила Надя.

Савельев присел.

— Не его кровь. Возможно, Лунина на одежде.

Александра осмотрела направление.

— Идёт к ручью.

— След прямой, — сказал Колесов. — Не скрывается.

— Потому что рассчитывает на время и прикрытие, — ответила она. — Или хочет, чтобы мы шли точно по следу.

Громов поднял руку.

— Не по следу. Разделяемся. Колесов с тремя людьми — левее. Мы севернее. Дистанция между группами пятьдесят метров. Зрительный контакт сохранять.

Они ушли в лес.

Снег здесь был глубже. Дроздов выбрал тропу вдоль ручья, где земля промёрзла и идти легче. Группа Громова двигалась через кусты, сокращая угол. Ветки цеплялись за халаты, снег забивался в сапоги.

Александра пыталась представить Келлера. Раненое плечо не вывело его из строя. Немец уже дважды создавал ложные позиции, оставлял линзу и манекен, изучал реакцию пары. Лесопилка могла быть не случайным тайником, а заранее подготовленной точкой встречи. Если Дроздов подаст сигнал или просто появится в нужное время, Келлер займёт сектор отхода.

— До лесопилки сколько? — спросила Надя на короткой остановке.

— Около километра.

— Открытый участок перед ней?

— По карте двести метров.

Громов услышал.

— Последние двести — самое опасное место. Дальше овраг. Если Келлер прикрывает, пристрелял именно подход.

— Нужно выйти к краю леса не по тропе, — сказала Александра.

— Поэтому идём севернее.

— Он мог подготовить несколько секторов.

— Мог.

— Тогда перед открытым участком остановимся и ищем не стрелка, а признаки ячеек.

Громов посмотрел на неё.

— Именно это и сделаем.

Они продолжили путь.

Через некоторое время слева послышался короткий свист Колесова. Его группа нашла след, пересекающий просеку. Дроздов всё ещё направлялся к лесопилке.

Савельев шёл тяжело. Он не был разведчиком и не привык к быстрому движению через лес, но не отставал. Автомат держал правильно, дыхание контролировал. Александра впервые увидела в нём не человека за столом, а командира, который действительно готов отвечать за собственное решение не только подписью.