Книга Другие американцы, страница 67 – Лайла Лалами

— Ясно, – кивнул Фиерро, – ясно.

Пожилой мужчина с татуировками поднял руку, чтобы рассказать о себе. Он работал в магазине стройматериалов, и ему дали испытательный срок после стычки с клиентом, который заказывал жалюзи. Другой парень, водитель-дальнобойщик, рассказал, что скучает по жене, когда уезжает надолго, но, как только возвращается домой, они ссорятся и ругаются до следующего рейса.

Наконец настенные часы пробили девять, и встреча закончилась. Я молчал, пока мы с Фиерро выходили из центра, и, только когда мы сели ко мне в машину, повернулся к нему.

— Думаешь, этот твой номер, что ты там отколол, смешной?

Он легонько похлопал меня по руке.

— Вроде того. Согласись, очень забавно, правда?

— Ты все-таки редкостный придурок.

— Я же говорил, что соберется кучка хлюпиков, которые будут ныть о том, как они несчастны.

— Попробуй сказать им это в лицо – посмотрим, что будет.

— Слушай, брось, ничего такого не случилось.

— Ты все умеешь превратить в глупую шутку.

Фиерро наклонился ко мне.

— Что?

— Ты все прекрасно слышал, не притворяйся.

— Ладно, не делай из мухи слона. В следующий раз не буду.

— Никакого следующего раза не будет, – сказал я, потом завел машину и выехал с парковки.

Я устал от его выходок. Если он считает, что ему не нужна помощь, не буду его заставлять. Пусть делает что хочет. Я включил радио и покрутил ручку настройки. Мне хотелось поймать новости, но попалась станция с фолк- и кантри-музыкой, и я остановился на ней. Отец играл в фолк-группе до того, как познакомился с мамой, дома часто звучала эта музыка, я вырос под нее и из-за нее и захотел учиться играть на гитаре.

Фиерро снял кепку и причесал пальцами волосы.

— Мне понравились эти люди. Серьезно говорю.

В этом-то и заключалась проблема. Он почти никогда не говорил серьезно.

— Как скажешь.

— И ведущий группы, как его, мне понравился.

— Росси.

— Хороший парень.

— Хороший. Ты правда собираешься вернуться туда на следующей неделе?

— Раз я сказал, что пойду, значит пойду. Заглянем в боулинг?

— Поздно уже.

— Да ладно, только девять.

Я задумался на минуту.

— Заедем в «Дезерт аркейд».

— Не, это отстойное место.

— Ты хочешь поиграть в боулинг или нет?

Еще с шоссе я увидел новую яркую вывеску «Закусочная», ее было видно за квартал, но, когда мы заехали на парковку, оказалось, что ресторан уже закрыт. Работал только боулинг по соседству. Не знаю, почему мне захотелось приехать именно сюда, кого я надеялся здесь встретить. Просто ностальгия мучила меня с тех пор, как мы встретились с Норой в «Маклине».

— Не густо тут народу, – сказал Фиерро, когда мы вошли в зал.

И неудивительно: потертый ковер, тусклое освещение, старые игровые автоматы. Однако здесь было десять идеально отполированных дорожек и сколько угодно места для игры. Когда я подошел к прилавку, старший мистер Бейкер отложил газету и встал. Я учился в школе вместе с его сыном Эй-Джеем, но без моих тогдашних лишних килограммов он меня не узнал.

Мы с Фиерро оплатили пару игр, взяли обувь напрокат, а потом прошли через вестибюль к дорожке № 2. Через три дорожки от нас играла семья из пяти человек, все в одинаковых футболках – зеленых с белой отделкой сбоку и вышитыми на спине словами: «Сшибаем кегли». Они смеялись какой-то шутке, наслаждались вечером. Мы начали играть. В зале звучала музыка 80-х, и я подпевал песням, которые впервые услышал, когда учился в начальной школе, а Фиерро сказал, что и половины из них не знает. Он вырос в Гаване, штат Техас, а в Дезерт-Хот-Спрингс переехал с матерью только после того, как его родители развелись.