Книга Город Госпожи Забвения, страница 122 – Алекс Феби

— Эти цветы, – продолжал он, рисуя черновую карту их собрания и обращая внимание на тех, кто сидел вокруг костра, – такие прекрасные в своем разнообразии, не являются естественными для этой среды. Вот этот голубой, у лапы Анаксимандра, погиб бы, если бы его не изменили. В море полно соли, а соль убивает большинство растений. Как живет это растение? В старину люди прививали к нему морские водоросли, наделенные сопротивляемостью морской воде, они использовали методику, которая утонула вместе с ними.

— Почему, – прервал его Анаксимандр, – если они знали, как сохранять жизнь в солевом растворе, они не использовали эту методику на себе, чтобы предотвратить собственное утопление?

Беллоуз одобрительно кивнул на этот вопрос, но ответа на страницах Адама, казалось, не было, сколько он ни листал книгу, и потому Анаксимандр добавил к растущему депозитарию вопросов еще один, на который он найдет ответ, если и когда у него будет время.

— Тайна углубляется, когда мы понимаем, что то же самое изменение действительно для вот этого растения, и для этого, и для этого. На самом деле для всех растений.

На своих страницах он набросал растения, на которые ссылался, каждое с примечаниями и ключами, по одному на странице, сделал карандашный набросок, какой сделал бы профессиональный натуралист, потом расцветил его акварелью, после чего перевернул страницу и заменил ее другой. Толщина книги постепенно увеличивалась и увеличивала расстояние между мыслями и воспоминаниями Адама, создавала буфер опыта, который он мог вспоминать без болей душевных.

— Под водой находятся древние дороги из черного камня и фундаменты древних городов, места еще более древних ритуальных обрядов. Кларисса, – она была на некотором расстоянии, и Беллоуз с Анаксимандром подняли головы, отрываясь от образов оказавшихся под водой артефактов утраченных времен, – идет петляющей тропой, которая когда-то была совершенно прямой.

Адам замолчал, и во время этой паузы любопытство Анаксимандра взяло верх над ним.

— Куда, – прошептал он слегка заговорщическим тоном, свидетельствующим о том, что он знал: его служебный долг не считает, что ему могут быть доверены поиски знания, и подобные его действия следует рассматривать, как маленькое предательство, – она, по-твоему, направляется, книга?

Беллоуз поджал губы и забрал книгу у собаки.

— Как ты смеешь оспаривать ее действия? Ее знания превосходят твои, и так оно и должно быть. Твое дело исполнять ее желания, а не знать то, что знает она.

Адам провел черту на странице и проследил, куда ведет тропинка, на которую они вышли, он мог еще записать названия мест или высказать предположение относительно места, куда они направляются, но Анаксимандр снова прервал его.

— Собака может задавать вопросы, даже если не рассчитывает получить на них ответы, а разум, задающий вопросы, вовсе не равен разуму, вышедшему из подчинения. И в самом деле, тот, кто знает собственные силы – в моем случае это интеллект и широкий диапазон чувств, – но не интересуется, как их применить наилучшим образом, разве фактически не уклоняется от использования своего служебного долга в полной мере? Ты сам сегодня, Беллоуз, спрашивал у Клариссы…

Беллоуз закрыл Адама и крепко сжал.

— Какие бы ты ни приводил аргументы, не тебе задавать ему вопросы, – сказал он и пошел за своей курткой, чтобы сунуть брата в карман.