Книга Ненастоящая семья, страница 53 – Мария Манич

— Да потише ты, — шикаю на неё.

Пристроившись неподалёку, Пашка Стариков с интересом поглядывает в нашу сторону.

— Она в курсе? — обречённо вздыхает Дроздов и двигается ближе ко мне. Широко разводит колени, опираясь на них локтями. Смотрит выжидающе.

— Она в курсе.

— Кто ещё?

— Костенко, — вставляет Алла, поправляя взлохмаченные волосы. — Мой брат, его жена, их дочь… Тяжело вздохнув, невинно улыбаюсь опечаленному Роме и прячусь за кофе.

Время действительно тянется ужасно медленно. Уставившись в пустоту, мысленно перебираю в голове детали своей речи, несколько раз сбиваюсь и повторяю заново. По соседству Дроздов нервно подёргивает ногой, уставившись в телефон. Краем глаза замечаю, что отвечает на сообщения в социальных сетях и комментарии под своими снимками. Видимо, пытается убежать от давящей действительности. Своей очереди ждать томительно и нервно.

Костенко, отстрелявшись первым, выходит из кабинета, победно вскинув вверх кулак.

— Ес!

— Поздравляю, — кисло говорит Алла, когда он бесцеремонно теснит её и садится рядом. — Как прошло? Послушать хотят многие, и Виталик оказывается в центре внимания.

Спустя полтора часа наступает наша с Ромой очередь. И мне хочется взять свои слова обратно. Я нервничаю. Даже очень.

Словно почувствовав это, Дроздов находит мои ледяные пальцы своими и ободряюще сжимает. На секунду упираюсь лбом в его плечо. Мне всё равно, кто это увидит и что подумает. Поднимаю глаза и благодарственно шепчу: «Спасибо».

Свою защиту почти не помню. Мне кажется, я только встала к проектору и набрала в грудь побольше воздуха для речи, как уже отбиваю летящие в меня вопросы от членов комиссии. Их оказывается немного.

Слегка контуженная выхожу в коридор, бросая последний взгляд на Дроздова. Всё моё выступление он смотрел на меня, не отрываясь, и я буквально чувствовала летающие в воздухе его поддержку и веру. Его защиту мне посмотреть нельзя.

Я остаюсь стоять около двери, прислонившись спиной к стене. Слушаю знакомый тембр голоса и жду, скрестив пальцы. Кажется, выдыхаю, только когда дверь широко открывается и на пороге показывается немного бледный и растерянный Рома. Он сразу упирается взглядом в моё лицо.

— Ну? — спрашиваю нетерпеливо.

— Сдал, — выдыхает облегчённо и в следующий миг обнимает меня до треска в рёбрах. Обвиваю мужскую шею руками, прикрывая глаза от счастья.

— Даже не верится, что все отмучились! Долгожданная свобода, впереди у нас целая жизнь и каждый волен ей распоряжаться по своему желанию! Давайте выпьем за это, — пытаясь перекричать музыку, что долбит по ушам, предлагает Алла и поднимает вверх бокал с шампанским.

Одногруппники одобрительно гудят, наполняя свои бокалы. Все счастливые, довольные и расслабленные. Сегодня был сложный, эмоционально тяжёлый и напряжённый день для всех нас. Поэтому, когда после финальной речи декана и оглашения оценок Паша Стариков предложил собраться всем вместе и отметить успешную сдачу в клубе его дяди, предложение было встречено почти единогласным «да».

Группа у нас за пять лет сложилась не особо дружная, все общались по кучкам и по своим интересам. Вместе мы почти никуда не ездили и нигде не собирались. Сегодня, можно сказать, единичный случай. Поэтому особо остро чувствуется отсутствие нескольких лиц…