Книга Ненастоящая семья, страница 56 – Мария Манич

Подаётся корпусом вперёд и подставляет пустой шот для прозрачного напитка.

— И я, — поднимает вверх два пальца Алла.

— Тебе не пора ли остановиться? — хмуро произносит Виталик, который, к слову, совсем не пьёт, но не брезгует кальяном.

— Ночь только началась, Костенко. Не будь занудой.

— Поможешь? — тихо говорит Рома, поворачиваясь ко мне.

В его руках солонка и кусочек лайма. По позвоночнику пробегаем разряд тока.

Не отрывая взгляда от немного расширенных зрачков Дроздова, киваю. Опять нестерпимо хочется облизать покалывающие губы, перебросить через плечо волосы и оттянуть топ вниз.

Что я дёрганая такая? Это просто Ромка Дроздов, которого я учила целоваться на первом курсе, а теперь как наркоманка мечтаю о его губах на своих. Беру из рук Ромы лайм и капаю себе на пространство между большим и указательным пальцами, туда же высыпаю немного соли.

Затылок, неприятно покалывает. Готова отдать почку, стерва Филатова глаз с нас не спускает. Быстро обвожу взглядом присутствующих. Они все пялятся!

— Скажи, когда будешь готов, — произношу тихо, двигаясь к парню ближе.

Рома не предупреждает, делает вдох и слизывает соль с моей кожи, оставляя после себя влажный след. Внутри всё искрит. Предохранители вырубаются, свет гаснет, и одна-единственная лампочка, мигающая у меня в мозгу, сигнализирует красным: «Целуй его!»

Дроздов опрокидывает в себя рюмку обжигающей жидкости. Я облизываю губы и вместо поцелуя пихаю в его рот дольку лайма, задевая рукой колючий подбородок. Алла разочарованно стонет за моей спиной.

— Мне нужно в туалет, — бросаю, ни к кому особо не обращаясь, и позорно сбегаю, чувствуя, как жжёт между лопаток. Рома смотрит. Я уверена. И хочу, чтобы он пошел за мной.

Проторчав в уборной семь минут — я засекла, да! — понимаю, что никто за мной не пойдет! Зачем это ему? У него и так всё отлично.

Это не Дроздов варится в котле собственных, внезапно обрушившихся на него чувств, а я. Не помню, когда меня последний раз так трясло и переполняло от эмоций к мужчине. Он всего лишь прошёлся своим языком по клочку моей кожи площадью сантиметр на три, а я уже горю и мечтаю о продолжении. Мечтаю обхватить его щёки и прильнуть к мягким чувственным губам, слизывая с них вкус соли и лайма. Мечтаю остаться наедине и не тратить время на пустую болтовню.

— Боже, — шепчу потрясённо, глядя на своё всклокоченное отражение.

Глаза блестят, на щеках румянец, губы приоткрыты и припухли. Сколько можно их кусать и облизывать? Надо успокоиться. Поймать за хвост дзен и начать мыслить здраво.

Может быть, мне не Рома нужен, а просто мужик? У меня очень давно не было мужчины. Страшно представить, как давно. Лучше об этом совсем не думать. Настроение упорно летит вниз и грозит в скором времени достигнуть плинтуса не особо чистого клубного туалета.

Сполоснув руки, выхожу обратно в полутьму зала.

Я возьму себя в руки, улыбнусь, буду вежливой и холодной. Да-да, эдакая недоступная Снежная королева. Парни же любят, когда мы себя так ведём?

Все планы о сдержанности вылетают в трубу, когда, не дойдя нескольких метров до столика, где устроилась наша компания, я вижу, что моё место занято.

Филатова времени зря не теряла. С расстояния видно, что она не просто по-дружески села опрокинуть бокальчик. Она намеренно пристроилась рядом с Дроздовым, выбросив вперёд свои длинные скелетные ноги. И опять его трогает! То за плечо, то бедром жмётся поближе.