Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 124 – Лоис МакМастер Буджолд

Это была приятная поляна, зелено-золотая от проникавшего через листву раннего вечернего света. Намного менее приятными были обмякшая, грязная фигура на дальнем краю и гудение мух, которых отгоняла встревоженная девушка. Она размахивала длинной веткой с листьями, стараясь не наклоняться к телу. Вряд ли из-за трупного зловония, подумал Пенрик, приблизившись; скорее всего, ее пугала тройная бело-кремово-серебряная коса, приколотая к плечу чародейки.

— Моя помощница, младший ловец Тала, – представил Освил девушку, махнув рукой в ее сторону, и спросил: – После моего отъезда что-нибудь произошло?

— Нет, сэр, – ответила ловец, с явным облегчением вставая на ноги. Она была намного младше тридцатилетнего Освила, возможно, даже младше Пена.

— А где тот посвященный?

— Пошел домой, чтобы принести нам что-нибудь поесть. Должен скоро вернуться.

— Сегодня рано утром тело обнаружил посвященный-мирянин из храма в деревне Уиэр, – сообщил Освил через плечо Пену и Инглису. – Его отправили в лес проверить силки. Говорят, этот край принадлежит барону кин Пайкпулу, но он разрешает людям из храма собирать здесь валежник и ловить небольшую дичь, вместо квартальных взносов.

Пенрик присел на корточки в том месте, которое ему охотно уступила девушка-ловец, и присмотрелся.

Чародейка лежала на боку, словно спала. Ее каштановые кудри рассыпались, расшитая бусинами тканевая шапочка съехала набок. Не худая и не толстая, не высокая и не приземистая, не красивая и не уродливая, лет сорока с небольшим. Ум, прежде оживлявший ее лицо – а косы святой говорили, что он был острым, – угас, оставив черты равнодушными, восковыми и застывшими. Загадочными.

Она была не в официальном одеянии, а в повседневной одежде, обычном платье и тонкой синей кофте, к которой были приколоты ее косы. Кофта не спасла платье от пропитавшей его крови, уже засохшей. Из раны от вышедшего из живота наконечника стрелы вытекло почти столько же крови, сколько из ран от двух оперенных древков, торчавших из спины. Судя по кровавому следу на земле, она упала всего в нескольких футах от того места, где ее застрелили. Быстрая смерть. Хотя бы это, подумал Пен, пытаясь сдержать отчаяние. Судя по всему, никакого иного вреда чародейке не причинили.

Инглис заглянул Пену через плечо, раздувая ноздри; возможно, его встревожил запах крови. Достаточно сильный даже для Пена, внутреннему волку Инглиса он должен был казаться невыносимым. По крайней мере, лицо шамана было напряженным.

Освил многозначительно откашлялся, и Пен, вставая, чтобы осмотреться, подумал: Дез, пожалуйста, Взгляд.

Он отчасти надеялся, что призрак женщины еще тут, достаточно свежий, чтобы выглядеть как она при жизни – внезапная насильственная смерть часто давала такой эффект. Большинство призраков не могли говорить, однако в достаточной степени встревоженный призрак, еще дрожащий от резкого разделения с питавшим его телом, иногда мог показать медиуму нечто вроде пантомимы. Это было очень опасное пороговое состояние, поскольку душа могла стать навеки отлученной от ждущего ее бога, чего никто не желал. Поэтому Пен также отчасти надеялся ничего не обнаружить, ради самой чародейки. В большинстве случаев душа и бог мгновенно находили друг друга, и единственным предназначением погребального ритуала было подтвердить место прибытия.