Онлайн книга «Берсерка»
|
Торвейг замялась. Финка погладила ее по плечу, успокаивая. — Не в рог. Я просто поняла, что творится худое. И пришла на помощь. — Как это? – потряс головой Сигват. – Кто сказал тебе, где братья, где финка и моя дочь? — Я… – начала было Торвейг, – у меня… Сотня пар глаз смотрела на рыжую девчонку со скованными руками. Ярлова дочь, невеста на выданье, берсерка и… убийца? Что ж… Торвейг повела плечами, цепи звякнули. — Я бываю медведицей. Иногда. В ту ночь я шла по следу. В толпе ахнули, кто-то засмеялся: это ж надо такую нелепицу выдумать! На что только не пойдешь, чтобы отвести справедливое возмездие! Гудред-судья покосился на Рагнара. Тот молчал, но удивленным не выглядел. Неужели правда? Да нет, быть того не может! Торвейг сильная и крепкая, говорят, она берсерка. Что ж, такое бывает, находит боевое безумие, звериная ярость, для воина оно, может, и неплохо. Гудред слышал о битвах, в которых сражались берсерки и, случалось, меняли исход сражения. Судья вспомнил про Атли Камнелома и тот огромный валун на ярмарке. Про здоровяка Атли, которого искалечила Торвейг. Про Атли, разорванного медведем. Медведем? Гудреда прошиб холодный пот. Может, Торвейг спятила? Или впрямь околдована? Поговаривают, Рансу-финка, которую она везде за собой таскает, настоящая ворожея. Мерет в ужасе спрятала лицо на груди отца, плечи вздрагивают. Ладно, она свое слово потом скажет. — Что дальше? – вопросил Гудред. С чародейством они разберутся после, сейчас нужно понять, как погиб Вигмарр. И чья рука нанесла тяжкие раны его брату. Если Рагнар потеряет сразу двух сыновей, никто больше не заговорит о его удаче… — Дальше… я помешала Вигмарру. Отшвырнула его, но до этого Вигмарр успел ударить брата мечом. Я снова стала человеком и хотела перевязать рану Виглафа… и тут Мерет принялась кричать, плакать и звать на помощь. — А Вигмарр? Торвейг вздохнула: — Вигмарр ударился головой о камень в овраге. Он сам свалился туда, когда побежал прочь. Клянусь, я говорю правду! — Ты утверждаешь, что братья бились на боевом железе и один чуть не убил другого? — Да! — Этого не может быть! – вскочил на ноги Рагнар. – Мои сыновья никогда бы не обратили оружие друг против друга! — Значит, ты плохо знаешь своих сыновей, ярл! – Маленькая финка старалась, чтобы ее поняли, потому говорила медленно. – Виглаф очень любил свою нареченную, Мерет Сигватсдоттир. Но Вигмарр тоже ее любил и хотел взять за себя. Потому и пошел на брата! — Неправда! — Правда. – Кетиль тоже выступил в круг. – В Рогаланде на тинге Вигмарр выпил лишнего. И всю ночь говорил о том, что девы прекраснее Мерет не сыскать на свете. Он любил ее! — Тебе-то откуда знать, щенок?! – У Сигвата от гнева покраснело лицо. – Боги щедро одарили мою дочь красотой, это ясно каждому, у кого есть глаза. А может, ты тоже хочешь назвать ее распутницей, как эта грязная финка?! — Распутница твоя дочь или нет, мне про то неведомо, ярл. Я повторяю лишь то, что слышал своими ушами от Вигмарра. И я верю Торвейг! — В Рогаланде на тинге, – уже тише сказал Сигват, – во время всеобщего мира погиб Атли, сын Гудмунда. Я там не был, но люди передавали, что Атли задрал медведь. А осенью в лесу у Винтерхейма нашли трех человек, также разорванных этим зверем. Так, Рагнар? |