Книга Берсерка, страница 156 – Наталья Петренко

Снова пошла во двор наколоть лучины и споткнулась – клубок лежал на пороге. Девушка сделала шаг – он двинулся следом, обогнал, споро подкатился к тыну. Понятливая Чеслава метнулась обратно в дом, опоясалась, не забыв проверить нож, бросила за плечи котомку. Клубочек покатился к темнеющему за околицей лесу – можно было догадаться. С Чеславом что? Или с матушкой? Будто разделяя ее тревогу, клубочек несся по тропинке как ошпаренный, подпрыгивал на кочках, огибал выступающие из земли толстые корни. Чеслава бежала за ним, не оглядываясь по сторонам, уворачиваясь от веток, так и норовящих хлестнуть по глазам. Через широкий ручей дивный клубок перелетел, будто пущенный из пращи. Девушка перешла вброд, задрав поневу чуть ли не до пояса, – и через редкий кустарник увидела брата. Чьи-то заботливые руки удобно устроили Чеслава в тени дубовых ветвей на куче лапника, он спокойно спал. Услышав испуганное восклицание сестры, приподнялся на локтях.

— Чеська!

— Ужо тебе, балбесу… – Строгости в задрожавшем голосе девушки было не больше, чем стужи в летнем слепом дожде.

Она присела рядом, осторожно коснулась повязок.

— Лесовица?

— Она. Ты как здесь?

Чеслава заоглядывалась, но клубочка, что привел ее, не нашла.

— Тоже она. Идти можешь? Темнеет уже.

Отавичи не любили зря тратить время.

Брат сел, поморщился от боли в разодранном боку. С удивлением нащупал рядом с собой крепкую суковатую палку, оперся на нее. Чеслава немедленно положила руку брата себе на плечи, поддерживая с другой стороны.

— Это медведь, Чесь. Подран… Лесовица говорит, он в яму попал. Которую наш батюшка сладил.

Сестра всплеснула руками.

— Рехнулся, да? Что тебе до него?

— Мне нужно туда, – упрямо набычился Чеслав. – Я дойду.

— Охотничек! Мало тебе, да? За шкурой никак собрался?

Парень молча убрал ее руку, стал искать следы.

Ругаясь себе под нос, Чеслава взялась помогать. Со стороны, конечно, смотрелось безумием – девка с одним ножом да раненый тащатся в лесную глухомань искать медведя. Но Отавичи знали, что делают. Медведь может погибать в этой яме и день, и два, и три. Безлепие это, так не поступают хорошие охотники. Нужно подарить зверю сколь возможно легкую смерть. Может, конечно, Подранка успеет раньше, но нельзя же вечно на нее надеяться. С Чеславом вон полдня провозилась.

Когда алое закатное солнце повисло на горизонте, Чеслава вдруг остановилась, внимательно огляделась вокруг.

— Я знаю, где та яма, – торжествующе улыбнулась она. – Вспомнила. Мы сейчас, Славка, быстро дойдем.

Впрочем, радовалась Чеслава недолго: сообразила, что добивать подранка-медведя придется ей. Не брату же в яму лезть с его ногой. Отавишне еще никого не приходилось добивать. Девушка от души попросила Велеса, звериного бога, чтобы тот медведь умер не от ее руки и не мучался сильно.

Несколько раз они останавливались и отдыхали. Заночуют, конечно, у ямы. Чеслава разведет костер и будет свежевать тушу. Ох, и удружил братец… Она немедленно выругала себя за такие мысли. Жив – и на том спасибо.

Сам Чеслав угрюмо молчал. Силы его были на пределе, парень едва переставлял ноги, временами всей тяжестью повисая на сестре.

— Ты прости, Чесь, что так вышло, а?

— Да брось. – Она хотела приободрить раненого брата. – Мне и не тяжело нисколечко! И матушка довольна будет, мяса вон сколько. Тетке Пригоде дадим, на ярмарку свезти можно! Медведь, говоришь, большой?