Книга Командировка в Амазонию, страница 84 – Вера Окишева

Стоит, наверное, объяснить рыжику, что такие бокалы предназначаются не для таких тяжелых напитков, как ром. Недовольно нахмурилась, понимая, что Митя даже не сообразил сок принести для меня. Я не могу употреблять напитки такой крепости!

Довольный жизнью Митя забрался на кровать, протягивая бокалы. Тарас взял себе два, последний забрала я. Бутылка была сноровисто откупорена и разлита. Терпкий запах распространился в воздухе.

— Ты сок взял? Я чистым его не смогу выпить, — обратилась я к Мите.

— Обижаешь, Аглаида, — протяжно произнес он и вытащил из-за спины упаковку с яблочным соком.

Долила его в свой бокал доверху, разбавляя ром. Митя с нетерпением ждал, когда я закончу приготовления. И как только я отдала ему сок, быстро поставил его на пол. Потом радостно улыбаясь, провозгласил тост за долгую и счастливую семейную жизнь. Пригубила своеобразный коктейль — вкусно и приятно согревало изнутри.

После первых глотков спина устало заныла, ненавязчиво намекая, что лучше полежать. Обернувшись на Тараса, примерилась, как бы мне так лечь, чтобы и красиво, и удобно, и приятно!

— Поднимись повыше, — приказала ему.

Чуть насмешливо изогнув бровь, мужчина подчинился, принимая оптимальное положение. Радостно улыбнулась, положила свою голову ему на колени. Митя, расписывающий, как он рад, и как всё у нас будет прекрасно, неожиданно замолчал. Ревниво наблюдая, как Тарас пытается подложить подушку мне под голову. Конечно, мягче стало, я не спорю, но смотреть на Митю с этого положения было неудобно. Поэтому повернулась на бок.

— Митя, а мне Тарас сказал, что свадьбу не надо. Представляешь, — горестно вздохнула я, салютуя ему бокалом.

Сделав глоток, следила за рыжиком, который стал багроветь, сверкая своими глазищами. Это стоило того, чтобы увидеть!

— Что? Как не надо свадьбы! — вскричал Митя.

Он готов был вцепиться в Тараса, который тихо посмеивался, от чего моя голова стала покачиваться. Костяшки на Митиной руке, что держала бокал, побелели от напряжения, и я сдалась:

— Да, говорит, денег много потратим, давай просто распишемся по-тихому, чтобы особо никто и не знал. И платье тебе красивое не надо и нам смокингов.

— Я такого не говорил! — возразил Тарас. — Платье обязательно надо и самое шикарное!

Поразительно: один хочет изумительное, другой — шикарное.

— Так вот, Митя, всё будет скромно и со вкусом, я в подвенечном платье, а вы в смокингах. В очень узком кругу друзей, а друг у нас один — это Наташка.

Все это я сказала с напускной грустью, сама в душе веселилась. Тарас был со мной за одно, а вот Митя — зол. Он молчал, сверля меня возмущенным взглядом, что подмывало продолжить доводить его до предела, пока он не взорвется.

— Что? Не хочешь в смокинге? Хорошо, иди, как хочешь, хоть голым. Мы же на Амазонии, пусть все думают, что я такая эксцентричная, что заставила жениха показать все свои достоинства.

— Ты издеваешься, Аглаида? — догадался, наконец, рыжик.

— Федоровна, — поправила я Митю.

— Федоровна, Федоровна, — угрожающе прошептал он и, внезапно схватив за руку, дернул меня к себе.

Властно прижал, не давая вырваться, и запечатлел страстный поцелуй на моих губах. Сминая моё сопротивление, Митя, словно, не слышал возмущенных криков. Его язык напористо проникал, лаская и разжигая огонь в крови. Было очень приятно, но я, как приличная девушка, стукнула Митю в твердую грудь, требуя меня отпустить. За что он сжал мои и без того короткие волосы в кулак, потянул с явным желанием выдернуть их с корнем. Слезы от боли и обиды навернулись на глаза, сопротивляться я стала ещё активнее. Правда, Митю это не вразумило, только вмешательство второго брата спасло меня от членовредительства.