Книга Воительница, страница 86 – Елена Тимофеева

Обречена. Выхода нет. Демира подняла голову и посмотрела сквозь пелену слёз в пронзительную голубизну неба. Маленькие кудрявые облака, похожие на детские лица, проносились в лазурной вышине, и, казалось, смеялись над ней. «И не жди иного! – звенел хрустальным колокольчиком их смех. – Бесполезно!»

Что ж, Арий Конрад сполна отплатил ей за то, что невольно будила смуту, становилась помехой на Пути… Оборотень. Полуночница. Никому не нужная тень среди людей. Возможно ли править королевством так? Тайна её раскроется однажды, и какому народу нужна такая королева? Что ждёт её? Будущего нет.

И лишь солнце, поднявшись на небосклон из-за леса, пожалело заблудшую в паутине мрака дщерь свою. Ласково, как матушка, поцеловало золотым лучом в макушку, меж змеек тёмных кос.

Глава десятаяМагия и меч

А в другом шатре Арефа раскладывал в изголовье спящей принцессы веточки незабудки, колокольчиков и купавок, которые собрал, проснувшись ещё до рассвета. Ливий, лежал, опершись на руку, и с интересом смотрел на него.

— Я садовником родился, не на шутку рассердился… – пошепелявил он, – нагородил тут цветник!

— Ладно ли? – ответил Арефа, уложив последний цветок и любуясь спокойным личиком витающей в сновидениях девушки.

— Чё ж не ладно-то? – согласился вор. – Проснётся – обрадуется.

Юноша поправил укрывающую принцессу кошму и вышел из шатра. Ливий следом пошёл.

У костра возилась проплакавшаяся Демира, ставила на огонь котелок с водой. Ливий махнул ей рукой и пошёл с Арефой к озеру.

— Слышь ты, кочеток молодой, не вздумай соблазнить девку, – шумно плескаясь, заявил он, – до входа в галереи Ормузда она должна оставаться невинной.

Арефа резко обернулся. Глаза его сузились, руки сжались в кулаки.

— Я ему её не отдам! – бледнея, процедил он. – Если нужно будет, я заступлю ему дорогу с мечом в руке!

— Не дури! – усмехнулся Ливий. – Горячий какой! Только кровавых разборок не хватало нам на входе в несметные богатства! Тут помозговать надо. Возьми Демиру в союзницы. Ей чертовски не хочется, чтоб Курт лишил невинности твою принцессу.

— Демира… да, – остывая, произнёс Арефа, – поговорю с ней.

— А ты станешь королём Лемурии, – предсказал вор.

— Королём? – не понял юноша.

— Ну да! Она же принцесса! Если ты её… того… ты будешь королём, – пояснил Ливий.

— Да какой из меня король? – фыркнул Арефа.

— А никакой, – согласился, приглаживая мокрые волосы, вор, – но трудись и научишься.

Возвращаясь обратно, встретили Тею Ирис. Вид у неё был загадочный, она с интересом взглянула в глаза Арефы, но тот успел натянуть на лицо маску равнодушия. Озадаченная принцесса выждала момент за утренней трапезой, чтобы шепнуть Демире:

— Арефа мне всё ложе цветами устелил… А сам и не глядит на меня, будто и не он вовсе.

Раздавленная приговором Арий Конрада, Демира всё же нашла в себе силу улыбнуться. Украдкой взглянула на ученика магистра. Тот с невинным видом прихлёбывал чай.

— Прежде никто не осмелился бы положить цветы мне на подушку, – тихо добавила принцесса.

— Влюбился в тебя Арефа, – шёпотом отозвалась воительница.

— Охальник, дерзкий наглец, осмелился поцеловать меня! – прошипела Тея Ирис в самое ухо Демире.

— А ты поцелуй его тоже, – предложила она в ответ, – вот и будете квиты.

— Да ты что, ополоумела?! – взвилась принцесса.