Онлайн книга «Королева»
|
Её привезли в разбойничье логово. В лабиринте пещер в скале, отвесно стоящей над рекой, жили разбойники. Гаркану завели в маленькую каменную комнату, она увидела деревянный топчан с соломенным матрасом и неподвижно лежащего мужчину с заострившимся, бледным лицом. Атаманша откинула шерстяное покрывало, укрывающее больного. Пропитанная кровью полотняная повязка закрывала правый бок раненого, и сладкий запах гнили шёл от неё. Атаманша сняла повязку и показала рану, открытую, воспалившуюся, сочащуюся вонючим гноем. — Видишь? Исцелишь его, лекарка, награжу щедро. Не исцелишь – вон, – она хмыкнула, чуть кивнув головой в сторону входа в пещеру, где стояли разбойники, – ребятам моим отдам на потеху. — Дай мне кусочек хлеба, – взмолилась Гаркана, – я так голодна, что едва стою на ногах. Ты хочешь, чтобы я его врачевала, а мне самой лекарь нужен! — Принесите ей поесть! – велела атаманша. – И всё, что надо будет для врачевания, дайте! Трое суток Гаркана провела подле раненого, тут же у его ложа и спала, и ела, и уняла-таки жар, остановила воспаление, и на рассвете четвёртого дня больной открыл глаза и слабым голосом попросил воды. Разбойники захлопотали вокруг, а лекарка, шатаясь от слабости, вышла из пещеры на воздух и села на камень. Атаманша Рона, в кожаных штанах и рубахе из дорогого тонкого шёлка, тоже сидела у пещеры на войлоке, пришивала к седлу золотые бляшки. — Глянь, дева! – показала свою работу. – Красиво? — Не знаю… – рассеянно отозвалась Гаркана, – не понимаю. — Чистая ты, – усмехнулась атаманша, – аки горлица в поднебесье. Не нужно тебе золото. Оставайся с нами, лекарка, идти тебе некуда. Ты такая же, как мы. — Нет! – вскинулась Гаркана. – Я не лиходейка и не разбойница! — А для закона ты с нами наравне, – не обиделась Рона, – преступница, и схватит тебя Инквизиция, костра тебе не миновать! Знаешь, какой он, Инквизитор Торвальд Лоренцо? Железный Тигр, люди сказывают, сущий Дракон! — Торвальд Лоренцо отпустил меня на свободу, – вздохнула в ответ Гаркана, – вывел за городские стены ночью и отпустил. И коня дал, и денег дал. — Чем же ты опоила его, лекарка?! – захохотала басом атаманша. – Да не ведьма ли ты, что влюбился в тебя Инквизитор? — Это я, Рона, влюбилась в Инквизитора, – Гаркана прижала ладонь к сердцу, будто болело у неё, – днём и ночью о нём думаю, и так душа тоскует… — Э, дева, да ты и впрямь больна! – командирша разбойников внимательно оглядела свою гостью. – На-ка, – она подняла стоявшую рядом бутыль с вином и протянула девушке, – выпей-ка. А то трое дён подле больного просидела, эдак и самой недолго занедужить. — Нет, я здорова, Рона, – Гаркана отвела её руку, – а боль сердечная, она уйдёт, нужно лишь время… Всё лето и осень прожила лекарка у разбойников. Стряпала еду, убирала в пещере, ждала их с разбойничьих набегов, врачевала заболевших. Её не обижали, берегли, давали лучшие куски, задарили драгоценностями. Не нужны они были Гаркане. Вот увидеть бы хоть на миг ледышки синих глаз Инквизитора… И тут же одёргивала себя. Он простился с ней, навсегда простился. Не давал клятв и обещаний, не признавался в любви. Поцеловал? И что же? Что значит тот поцелуй? Ведь не любовь же это? Видя, как истомилась Гаркана, как рассеянна, как порой уходит в себя, ничего вокруг не слыша, атаманша Рона сжалилась над нею. |