Книга Ветер с Северного моря, страница 94 – Анна Морион

— Но я исправлюсь. Хелен, мы муж и жена, и нам требуется поделиться друг с другом о своем прошлом. Ваша мать, простите за прямоту, – неприятный человек. Она так старательно находит в вас ошибки. Весь этот день. Весь этот дурацкий ужин.

— Но она была права: я немного располнела, и я ем слишком много... – Хелен прикусила губу, не зная, как еще защитить отвратительное поведение ее родительницы за ужином. Слова мужа были более, чем справедливыми и правдивыми, но она не могла не встать на защиту своей дорогой и любимой матушки.

— Я не заметил в вас никаких перемен. Даже если они будут – Хелен, мне важно не ваше тело, а ваша душа. – Бьорн-Магнэ крепко сжал ее ладони. – Я чувствую, что ваша жизнь в родительском доме была сложной и несчастной…

— А какова была ваша жизнь в Норвегии? – перебила его Хелен и нахмурила брови. Ей были неприятны речи супруга, а его проницательность вызвала у нее даже отторжение и желание оттолкнуть его от себя.

— Моя жизнь в Норвегии была такой же, как и ваша, Хелен: сложной и несчастной. Но, думаю, наши несчастия имеют разную почву…

— Давайте оставим эту ненужную беседу и займемся делом! – Хелен притянула его голову к себе и закрыла его рот поцелуем.

— Погодите, Хелен… Я… Я должен знать, – между поцелуями жены, сказал Бьорн-Магнэ, но он не особо сопротивлялся ее нежным теплым губам.

— Это не важно! Все не важно! Это в прошлом! – Хелен целовала его, зная, что еще чуть-чуть, и он поддастся желанию и похоти.

— Хелен! – Бьорн-Магнэ увернулся от ее поцелуев и поддался назад. – Вы можете заставить меня сойти с ума от вожделения, но не забыть о том, что ваша родная мать относится к вас как грязной, ненужной собачонке!

Хелен приоткрыла рот от возмущения.

— Как вы… Вы просто отвратительны! Как жестоко вы отзываетесь о моей матери! И… И обо мне! – Она резко поднялась на ноги и прошла к закрытому гардинами окну. – Моя мать – сложный человек! Да, порой она бывает неприятной, но, Боже, она дочь сквайра! Ей положено быть такой… – Хелен запнулась, подыскивая нужное слово. – Такой… – Но нужного слова не нашлось, и Хелен беспомощно всплеснула руками и повернулась к мужу спиной.

— Почему вы не защищаетесь от ее колкостей? Неужели вы настолько трусливы? – тихо спросил Бьорн-Магнэ, но Хелен не ответила. Он усмехнулся. – В таком случае, Хелен, отныне вас буду защищать я…

— Не смейте! – резко обернувшись, воскликнула Хелен. Ее глаза горели пламенем ярости. – Меня от моей матери защищать не нужно! Я привыкла к этим колкостям! И вы, Бьорн-Магнэ, привыкните тоже! Да и ведь вам все равно, не правда ли?

— Здесь вы абсолютно правы, Хелен. Мне все равно. Но не вам. – Бьорн-Магнэ напрвился к двери. – Завтра езжайте в город хоть на целый день, потому что я проведу его на охоте, и мы встретимся только к ужину.

— Вы обещали на ужин дичь! Каким волшебным образом она прилетит на стол, если вы явитесь в самый последний миг? – с иронией бросила ему в спину Хелен.

— Я передам ее через слугу. Спокойной ночи, Хелен.

Дверь за спиной Бьорна-Магнэ закрылась. Хелен стояла у окна и, хмурая и недовольная, полная злости на его правду, думала о том, каким невыносимым выдался этот день… И вот, вечер. Вместо ласк мужа она получила холод и непонимание.

«Как он не понимает? Что он знает об отношениях между матерями и их дочерями? Сбежал… Опять! Мальчишка… Он не прав… Нет, он не прав! Завтра я повезу мать в город, и она увидит, что, несмотря на мой брак, я достойна ее любви и заботы! А он, если желает, пусть вообще не приходит: ни на ужин, ни в этот дом!» – в сердцах подумала Хелен, а затем схватила с кровати подушку и с силой бросила ее в дверь. Увы, подушка до двери не долетела и приземлилась посреди комнаты, но это не остановило Хелен: она вновь подняла подушку и с еще большей силой кинула ее в свою цель, в этот раз удачно. А затем еще пять раз.