Книга Ветер с Северного моря, страница 97 – Анна Морион

Показываясь на публике в новом наряде, Хелен всегда чувствовала себя неловко: каким бы красивым и изысканным он ни был, ей казалось, что окружающие смотрят лишь на ее темную кожу. Она прятала ладони под перчатками, свой стройный стан и крепкую грудь под тканью, но лицо ей было не спрятать, и, по ее мнению, все, кто встречал ее на пути, заглядывали в ее лицо с любопытством, смешанным с неприятием и даже отвращением. И Хелен не ошибалась: жители этого города, как богатые, так и бедные, считали ее странной и несуразной, но, если буржуазия приняла эту странность и никогда не упоминала об этом ни при миссис Нордстранд, ни в своих кругах (ну, разве что для того, чтобы подчеркнуть ее необычность), то аристократы презрительно отзывались о ней «эта мулатка». Бедняки же и их дети смотрели на Хелен с удивлением, но, видя ее дорогую одежду и украшения, проникались к ней уважением и заискивающе просили у нее монетку или две.

Но в этот раз миссис Нордстранд даже не думала о том, с каким типом внимания столкнется сегодня: с вежливым или холодным, ведь все ее мысли занимала мать, а сердце было наполнено надеждой на то, что эта прогулка еще больше сблизит ее с той, что дала ей жизнь, и которую Хелен любила – тогда, сейчас и всегда.

— Брайстед-Манор? Признаться, я ужасно скучаю по твоему отцу, моя дорогая. Как он там, без меня? – тяжело вздохнула миссис Валент, смотря не на дочь, а в окно. – Но Луиза нуждалась во мне больше, и мое место было рядом с ней. Она с таким нетерпением ждала дня своей свадьбы, так волновалась, бедняжка… Но свадьба была пышной и неповторимой. Такой красивой и уточненной невесты Лондон не видел ни разу за все годы своего существования.

«Охотно вам верю, матушка,» – с доброй усмешкой и без капли зависти подумала Хелен, но вдруг ее разум пронзила странная мысль, заставившая ее непонимающе нахмурить брови.

— Луиза вышла замуж, и для нее была устроена такая пышная свадьба… Но я не получила на нее приглашения – ни вместе с моим мужем, ни одна, – тихо заметила , Хелен.

Но миссис Валент ничего не сказала – она продолжала с интересом смотреть в окно и будто не заметила вопроса дочери.

— Матушка, почему я не получила приглашения на ее свадьбу? Я ее старшая сестра! Родная сестра! – недовольно повысила голос Хелен, начиная раздражаться безразличностью матери к ее справедливым вопросам.

— Моя дорогая, ты сердишься на нее за это, но ты ведь сама понимаешь: твое появление на этой свадьбе, и уж тем более появление твоего мужа, было бы неудобным для нее, – все же ответила миссис Валент, обернувшись к дочери. На ее лице была написана обеспокоенность.

— Неудобна… – повторила Хелен и издала горький смешок. – Для кого?

— Для твоей сестры. Она так влюблена в своего дорогого супруга, что желала оградить его от всего, что могло бы принести его сердцу разочарование.

— Принести разочарование? Моим присутствием на свадьбе? – уточнила Хелен, не веря своим собственным ушам.

— Твой муж. – Миссис Валент пристально смотрела в лицо дочери. – И твой новый статус. Ты больше не аристократка, Хелен, и, пусть ты моя дочь и ее сестра – ты должна держаться подальше от нашей дорогой Луизы. Ты ведь не желаешь бросить на нее тень? Ты ведь не желаешь, чтобы виконт Монгтгомери злился на нее за родство с семьей буржуа? Ваши пути давно разошлись, и уже не сойдутся никогда. Луиза… – Миссис Валент тяжело вздохнула, но твердо продолжила: – Луиза не желает больше встречать тебя или слышать о тебе. Но я твоя мать, и навсегда ею останусь. И я уже сказала тебе: это не твоя вина, Хелен…