Книга Бывший, которого невозможно заблокировать, страница 118 – Мариэль Сальвия

Мира посмотрела вверх и по сторонам, чтобы увидеть, что или кто могли её отбрасывать. Но ничего. Только тень смирно лежала на снегу.

Мира простояла у окна целую минуту, а потом за её спиной Финис вздохнул во сне и пробормотал что-то неразборчиво-тёплое и домашнее.

Мира покачала головой, отгоняя тревожные мысли и задёрнула штору.

Она ничего ему не сказала. Ни в это утро, ни после. Просто вернулась, легла рядом, положила голову Финису на плечо и стала слушать, как бьётся его сердце. Совсем недавно ещё вечное, теперь считающее дни, как все людские сердца.

Весна в город на Неве пришла без предупреждения и без церемоний, как приходит родственник, у которого есть свой ключ и который не считает нужным стучать. Ещё вчера мело так, что дворники на Петроградке сдавались через час, оставляя сугробы стоять там, где выросли. А наутро — всё. Резко, по-хозяйски солнце било прямо в фасады домов, с крыш доходных домов сорвалась звонкая капель, и снег, ещё вчера державший оборону, вдруг обмяк и потёк вдоль поребриков мутными быстрыми ручьями, мимо дворников с лопатами, ещё вчера даже не ожидавших такого счастья. На Марсовом поле лежали слежавшиеся сугробы, и тут же на солнечной стороне Невского уже подсыхал асфальт и парили лужи. В дворах-колодцах пронизывал сырой колючий холод, а на набережных Фонтанки люди уже расстёгивали пальто, подставляя лица весеннему теплу.

После того, как стало окончательно понятно, что зима в этом году больше не вернётся Мира подала разрешение на переработку памятника. Получить его оказалось весьма не просто. Заказчик Реброва исчезла, договор оформлен на несуществующие данные, но в итоге управление, устав от переписки, через два месяца оформило монумент как «авторскую работу, переданную в пользование скульптуру». Сотрудница управления, выдавая Мире положенные бумаги, сказала только: «Вы уж с ним поаккуратнее, милая. Он у вас смотрит».

На кладбище они приехали уже в середине мая, ехали на фургоне с лесами и инструментом. Мира приготовила травяной чай и перелила его в термос, сделала бутерброды для перекуса. Финис был за рулём. За эти два месяца лейтенант Воробьёв сильно помог им двоим со всеми положенными документами. Причём как Мире показалось от чистого сердца, а не для того, чтобы произвести впечатление на одного отдельно взятого свадебного организатора. Но Соня поступок оценила.

До нужно участка Мира и Финис добрались довольно быстро, и сразу его нашли. Ангел смотрел прямо на них.

Всю зиму он простоял на своём постаменте, пустой сосуд с несостоявшейся печатью, «вечное ожидание» посреди чужих «помним» и «скорбим». И Мира ещё тогда в конце зимы решила, что не оставит его таким. Не из-за страха, Финис приезжал и проверил всё ещё в марте и сказал, что ритуальная форма мертва, сосуд стал просто камнем. Но Мире не хотелось оставлять ангела, которого она сделала своими руками ждать вечно, если тот, кого ждали, уже пришёл.

— С чего начнёшь? — Финис ставил леса, уверенно, по уровню, за это время он не только научился водить машину, но и в подмастерья выбился в толковые. Руки у него оказались правильные, терпеливые, только вот мёрзли теперь.

— С глаз. — Мира поднялась на настил и провела ладонью по гранитной щеке. Лучшая и самая страшная её работа. — Неправильные только глаза. Они ждут. А он уже дождался, просто ему никто об этом не сказал.