Онлайн книга «Бернаут. Второй раунд»
|
Jacqueline: Нога в гипсе ужасно чешется. Каждый день мечтаю о том, когда его снимут. И я так устала сидеть дома. BLNG: Понимаю, малыш. Потерпи еще немного. Первый гипс – самый трудный. После третьего станет все равно. Jacqueline: Очень смешно. Jacqueline: Я тут, между прочим, страдаю, а ему весело *хмурится* BLNG: *сердечко* Jacqueline: Мне так скучно: занятия пришлось перевести на удаленку. Так что я торчу тут взаперти. Одна. А как ты? «Мне тоже скучно, Жак…» – написал я дрожащими руками, а потом откинул со лба мокрую от пота челку. За это лето я так оброс, что стал напоминать себя шестнадцатилетнего, но, честно говоря, на мой внешний вид мне было наплевать. Jacqueline: Знаю, что не должна была скрывать *прячется* Jacqueline: Это было нечестно с моей стороны. BLNG: Конечно, нечестно. К тому же кто говорил, что все тайное всегда становится явным? Jacqueline: Даже несмотря на это, Кэсс не должна была тебе рассказывать. Я клянусь, убью ее! BLNG: Пусть еще живет. Иначе кто будет приносить тебе еду? К тому же твоя подружка просто хотела как лучше! Jacqueline: Вот оно что! Значит, я была права и это Кэсс тебе рассказала, а не Марс! BLNG: Марс? При чем здесь Марс? Jacqueline: Ой… BLNG: Что это еще за «ой»? Он что, тоже знал? Jacqueline: Не убивай его *умоляющий смайлик*. Иначе кто будет приносить тебе еду? BLNG: Скажи Кэсс, что за мной должок. А с тобой я при встрече серьезно поговорю… Jacqueline: Обязательно передам. Погоди, и как давно вы с ней сообщники? BLNG: Понятия не имею, о чем ты *ангельский взгляд* Jacqueline: А я гадаю, что за такой промысел Вселенной: стоит мне подумать о чем-то – оно тут же появляется у нас на пороге. Пирожные из «Huckleberry», цветы, которые я люблю, доставка из французского ресторанчика в центре. BLNG: С чего ты решила, что это я? Да я тут вообще не при чем *хитро улыбается* Jacqueline: Как ты узнал, что я люблю луизианские пончики? Я даже Кэсс об этом никогда не рассказывала. BLNG: Этот секрет я унесу с собой в могилу. На самом деле я случайно услышал, когда был у нее дома. Ее мама, делая заказ к свадьбе, случайно обронила Джеффу, что Жаклин в детстве всегда просила ее их приготовить, а она никогда не была хорошей поварихой. Jacqueline: Бабушка готовила их мне. Дедушка родом из Луизианы – родины самых вкусных в мире пончиков, и, когда они поженились, его мама научила бабушку. Я ни разу не ела их с тех пор, как она ушла. И… как будто перенеслась в детство… Бланж, спасибо. BLNG: Не за что. Jacqueline: Есть за что. BLNG: Просто… Так ведь всегда поступают для тех, кого любят… На той стороне воцарилось молчание. Я занервничал. Включил и выключил экран несколько раз. Выдохнул, закрыл глаза и провел рукой по лицу. От перчатки остался влажный след – результат всех моих сегодняшний занятий. «Люблю тебя», – медленно набрал я, но стер. Сейчас, когда эти слова стали весить больше, чем само сердце, захотелось сказать их лично. — Реми, убери, пожалуйста, телефон, – раздался голос моего физиотерапевта. Несмотря на то что я больше был не в состоянии оплачивать его консультации, он продолжал заглядывать ко мне раз в пару недель, чтобы зафиксировать прогресс и дать новые рекомендации. И уже за это я был ему по гроб благодарен. — Одну минуту. Только попрощаюсь. |