Книга Бернаут. Второй раунд, страница 48 – Виктория Побединская

Пусть и неохотно, но я все-таки вышла из комнаты. Сползла по стене на пол и закрыла глаза, откинув голову назад, касаясь затылком выгоревших обоев. А потом почувствовала, что кто-то сел рядом.

— Все нормально?

Это был Джефф. Я узнала его по голосу и слишком явному мужскому, но при этом чужому запаху. Наверное, так пахнут отцы. Чем-то взрослым и крайне основательным. Я даже не знаю, в какой момент он перестал быть Норманом, но один тот факт, что мне не хотелось сжаться и бежать отсюда, уже давал ему сто очков вперед.

— Да, порядок. Просто… небольшие сложности.

— Если нужна помощь, поддержать, передвинуть – не стесняйся, говори.

— Спасибо, но не стоит.

— Мне правда несложно.

Я тяжело вздохнула:

— Он уж точно этого не оценит.

— Я не только о твоем парне. О тебе тоже.

Я ухмыльнулась:

— Джефф, пожалуйста, не забивайте себе голову. В конце концов, я привыкла сама справляться. Жила же так последние пять лет.

Он не ответил, и мы замолчали.

— Слушай, Джеки. – Он потер шею. – Знаю, все это неожиданно.

— Еще как, – хмыкнула я.

— Ты не обязана любить меня. Да мне этого и не нужно. Но просто хочу, чтобы ты знала: я всегда готов помочь. И… был бы горд иметь такую дочь, как ты.

Я настолько не ожидала подобного, что даже не нашлась, что ответить.

— Прости, если что. Честно говоря, я с ужасом ждал этой встречи. Знал, что у тебя с матерью натянутые отношения. Даже думал почитать книжку какую-нибудь по психологии – как надо вести себя с чужими взрослыми дочерями, но, кажется, я лажаю по всем фронтам.

— Все мы лажаем, Джефф, – ответила я, отряхивая колено от несуществующей пыли. – Кто-то больше, кто-то меньше. Я вот – почти каждый день. Да вы и сами видите.

— Как давно это случилось? – спросил он.

— Год, – ответила я, так и не отрывая взгляд от пола. – Травма. Он неудачно упал, перевернулся через мотоцикл. Тот приземлился сверху. Вот такой чудесный спорт.

— Мне жаль.

— Да, всем вокруг. В этом и проблема.

— Вы оба молодцы. Отлично держитесь, – тихо произнес он.

— Спасибо, только давайте обойдемся без сочувствия. Эти бесконечные жалостливые вздохи – даже я уже слышать их не могу. Теперь еще и мать туда же. Причитает и причитает.

— Не обижайся на нее. Она просто беспокоится.

Я хмыкнула. «Беспокоится». Мне безумно хотелось рассмеяться ему в лицо, рассказав, что, когда я жила в этом доме, единственное, о чем она беспокоилась, – чтобы в холодильнике всегда стояло пиво. И чтобы ее очередной мужик не сдулся и не психанул, бросив нас в дерьме. И уж точно она не строила из себя отчаянную домохозяйку, играя какую-то странную, нелепую роль.

— В таком случае передайте ей, чтобы не волновалась. Я уже большая девочка. Так что у меня есть кому обо мне позаботиться.

— Обязательно передам. – Он улыбнулся так искренне, что я на несколько секунд зависла, пытаясь уловить подвох. Не улыбаясь в ответ, но и не отводя глаза. – Правда, меня послали позвать тебя на ужин.

— А как же… – Я обернулась и посмотрела на дверь своей комнаты.

— Дай ему время. Когда захочет, сам присоединится. – Джефф протянул руку, помогая мне подняться. – Да, и не обращай внимания на моих девчонок. Они в том возрасте, когда все разговоры сводятся лишь к мальчишкам.

— Мне кажется, именно этого нам всем сейчас и не хватает. Вот таких вот нормальных разговоров.