Книга Бернаут. Второй раунд, страница 47 – Виктория Побединская

— О чем ты, Джеки? – непонимающе посмотрела на меня Кимберли.

— Джекс, не начинай, – предупредила мама. – Давай не будем портить друг другу настроение.

Но нас прервал грохот, донесшийся из спальни. Как будто что-то крупное упало с глухим стуком.

— Что это? – выпучила глаза Ким.

Все переглянулись.

Не думая ни секунды, я бросилась в свою комнату.

Бланж, в одних лишь потрепанных джинсах и без рубашки, лежал на полу, кривясь от боли. Хватило одного взгляда, чтобы понять и оценить обстановку. Пороги – слишком высокие; дверь – слишком узкая, в которую не протиснуться ни одному инвалидному креслу; широченная выбоина в полу, оставшаяся еще со времен моего детства, когда я сделала прямо у входа в ванную комнату тайник от Нормана (сейчас там зияла дыра). По отдельности все это было незначительной мелочью, но все вместе они оказались препятствием величиной с гору для неходячего человека. Лишь на миг я поймала взгляд Бланжа, но он тут же перевел его назад, туда, где за моей спиной столпились все остальные. Ужас сковал меня от макушки до пяток, когда я представила выражения их лиц.

Мне хотелось накричать на всех и вытолкать прочь, но ради Реми стоило вести себя нормально.

— Оставьте нас, – почти прохрипела я, выталкивая домашних за дверь. Попутно отметив удивленный взгляд Ким, испуганный – Джо и растерянный – моей матери. Если из-за этой гребаной свадьбы мы снова откатимся в реабилитации на десять шагов назад, я клянусь, что не прощу им этого. Закрыв за ними дверь, я обернулась. – Что ты делаешь? – И замерла, словно приклеенная к полу, все еще сжимая в руках металлическую дверную ручку.

Наступила короткая пауза.

— Мне нужно было в ванну, – сквозь зубы процедил Бланж.

— В душ? – осторожно переспросила я.

— Нет! В идиотскую ванну, – огрызнулся он, взглянув на меня снизу вверх так, что я тут же отвернулась. Больше всего на свете я не хотела, чтобы он почувствовал унизительность своего положения, но она сквозила все равно.

— Но зачем?

Наверное, со стороны этот вопрос мог показаться странным. Но только не в нашем случае. Бланж вполне мог самостоятельно пользоваться душем, я это точно знала. У него и специальный раскладной стул имелся: он лежал в чемодане. Обычно в эти моменты я уходила из комнаты, стараясь не мешать. Но принимал душ он, как правило, вечером.

— Затем, что мне нужно помыться, что тут неясного?

И тут я поняла, что, кроме полосы препятствий в виде порогов, была еще одна проблема: в моей уборной отсутствовал душ. Теперь там стояла ванна. Старая, чугунная, на высоких металлических ножках.

— Я могла бы тебе помочь.

— Просто выйди отсюда, Жак, – рявкнул Реми, и эти резкие слова были точно пощечина. – И не лезь ко мне!

Внутри стало так больно, что не вдохнуть. Но несмотря на это, я все равно включила в ванной воду, положила рядом чистое полотенце, взяв его с полки над головой, и вышла. Реми к этому моменту пересел в кресло у входа и молча наблюдал за моими действиями.

— Ты справишься сам?

— Да.

— Уверен? – Я снова взглянула на узкий дверной проем. – Потому что…

— Да, Жак… Сколько можно? Уйди уже наконец!

И я проглотила эту обиду.

Но как же сложно оказалось справляться с двойственностью чувств! Потому что мужчина должен быть сильным. Мужчина должен уметь постоять за свою женщину. Мужчина должен… должен, должен! В любом положении ему хочется оставаться мужчиной. И я не могла ему этого не позволить.