Книга Звезда бессмертия, страница 78 – Анна Чернышева

Я киваю, делаю вид, что разбираюсь в лыжных трассах, а в душе искренне надеюсь, что даже очень высоко кататься не возможно, и мне не придется вставать на лыжи и признаваться, в своем полном неумении этого делать.

— Вы всегда так развлекаетесь? – спрашиваю я, у Саши.

— Нет, конечно, – кричит он в ответ, – мы сейчас летим на ежегодный слет экстрималов.

— Но я не экстримал! Я боюсь! – вырывается у меня отчаянный протест, – только не я!

Саша старается успокоить, что-то говорит, объясняет. Из-за шума, я не могу разобрать ни слова, но и без слов верю ему и к собственному, немалому, удивлению постепенно перестаю беспокоиться. Снова смотрю в иллюминатор, тайга становится все реже, на горные кручи, взбираются редкие кривые елки. Я совсем расслабляюсь, любуюсь пейзажем, пока Александр опять не повергает меня в ужас вопросом:

— Ты с парашютом прыгала?

— Нет, нет! – шепчу я и энергично машу головой из стороны в сторону.

А спутник вовсе не замечает моего ужаса. Сообщает весело:

— На этом склоне некуда посадить вертолет, придется прыгать.

— Ни за что! – категорично заявляю я.

— Не трусь, это совсем не страшно. Я прыгал уже много раз, и тебя бросать не собираюсь. Прыгнем вдвоем – тандемом.

— Ну, если только вдвоем, – уступаю я.

Чтобы меньше боятся, я говорю себе, что мне делать ничего не придется, решаю зажмуриться и не открывать глаз, до самой земли. Словно подслушав мои мысли, Александр предупреждает:

— Не вздумай прыгать вслепую, пропустишь самое интересное, даже вспомнить будет нечего.

Когда все надевают парашюты, и Саша галантно пристегивает меня к себе, мне приходит в голову спросить:

— А как же лыжи?

— Ты предпочитаешь лететь с неба в полной экипировке? – удивляется Саша.

— Я предпочла бы сидеть дома, – бурчу я, себе под нос.

О, как горько я жалею, о том, что сегодня вышла из дома, когда стремительно лечу, бог знает, с какой высоты! Ветер свистит в ушах, хлещет по щекам.

— Мама!

Резкий рывок и я повисаю на парашютных лямках. Лечу! Лечу! Саша ругается за моей спиной. Судя по всему, летим мы куда-то не туда.

Несмотря на снег и все Сашины старания, посадка вовсе не кажется мне мягкой. Мы кубарем валимся на землю, путаемся в постромках. Купал парашюта накрывает нас сверху. В голливудском фильме, главные герои принялись бы целоваться. А мне хочется только ругаться самыми плохими словами.

— Какого черта?! Зачем?! Куда, ты меня притащил?!

Александр выбирается из-под шелкового полога, крутит головой, признается хмуро:

— Понятия не имею.

— Что?! Где мы?

— Не знаю! Нас сильно снесло ветром в сторону. Потом сориентируемся, сейчас главное, скажи у тебя все в порядке?

— Кажется, все цело, – хмуро констатирую я, мысленно ощупав все тело.

— Обязательно сразу сознайся, если что-то заболит.

Я на четвереньках выползаю из-под парашюта, встаю на ноги, и вновь обретаю решительность.

— Так, и что теперь делать?! Куда идти?!

— Туда, – указывает Саша налево не слишком уверенно.

И не мудрено, пейзаж вокруг удивительно однообразный: девственно белое покрывало снега, горный склон и огромное синее небо над головой. Единственно ярким пятном, выделяется наш оранжевый парашют.

— А кто должен забрать его? – опять пристаю с расспросами я.

— Не знаю, – пожимает плечами Александр.

— Приятно слышать, что ты хоть чего-то не знаешь, – бурчу я. – Только лучше бы, уж ты знал, что нам делать дальше.