Книга Звезда бессмертия, страница 150 – Анна Чернышева

— Эй, ты как там? – неопределенно спросила я темноту.

— Жрать хочется, – зло отозвался Громила.

— Хорошо, значит ты выздоравливаешь.

— Может кому и хорошо, а я спать не могу, только о еде и думаю. Посмотри на столе, может что осталось?

Действительно ко мне стол стоял ближе, я поднялась, долго всматривалась в кромешную мглу, но мне было нечем порадовать раненого.

— Только хлеб остался.

— Эх, как бы здесь пригодилось, припасенная мной жареная медвежатина.

— А где она? – жалобно спросила я, сглотнув слюню.

— Там в лесу, я хорошо ее завернул в большой завядший, но крепкий лист, потом упрямо берег в баронском замке, хоть там другой еды были горы. Когда сбежали, я даже успел порадоваться, что вечером нам будет чем перекусить, но ты помнишь, нам пришлось разделиться?

— Еще бы не помнить! Я такого страху натерпелась!

— Пока ты его терпела, я отбивался от всей этой своры дворян и дворянчиков. Жаль не послушал я отца и не стал учиться фехтованию. Видно точно, сила есть ума не надо. Говорил он мне, что в наше время это непременно где-нибудь да пригодится. А я решил, что это дворянская забава меня не касается. А ведь коснулась, да еще как! Мерзкая шпажонка барона сразу сделала во мне эту дырку. И больше бы дыр было, да одна шпага угодила в кусок медвежатины да и застряла, а второму, я этот же кусок швырнул в лицо, пока он арбалет натягивал. Так и сбежал, только все равно мясо жалко.

— Да, – воздохнула я. – Но главное ты жив.

— Видно не судьба мне помереть от благородного оружия.

— Только бы на костре не сгореть.

— Да, не попасть на костер у нас сейчас с тобой главная задача. Но сначала давай, хоть хлеба пожуем что ли.

Дни шли за днями, Ганс быстро поправлялся. Вскоре, внук знахарки разрешил ему даже по долгу сидеть и попробовать встать на ноги. Я смотрела, радовалась, но с каждым днем росла тревога. Мы ведь понятия не имели что нам делать дальше и куда направится. У меня бы оставалось гораздо меньше времени на беспокойство, если бы бородач не обрался со мной как с настоящей важной госпожой и позволял бы, хоть что-нибудь делать по дому. Никогда не думала, что буду так сильно рваться варить обеды и подметать полы. Дровосек всюду опережал меня. И мне приходилось целый день сидеть сложа руки. Я уже возненавидела свое зеленое платье с его дурацкими золотыми шнурами.

Хорошо хоть он днем по долгу уходил в лес заготавливать дрова для замковых каминов. Возвращался он усталый и довольный, рассказывал нам какую замечательную опушку он нашел, какие там высоченные засохшие деревья и как быстро он их нарубил; как мучился пока грузил их на телегу и пытался вывести на большую дорогу.

— Лошаденка у меня совсем слабая стала. Не тянет.

— Впряг бы моего коня, – предложил Ганс.

— Нельзя, ваш конь под седлом ходить обучен, зачем его портить и заставлять тянуть тяжелую телегу.

— Так купи себе нового, молодого, сильного.

Предложение это застало бородача врасплох. Он явно и подумать не мог о таком простом решении проблемы.

— Дык, конь денег стоит.

— Не переживай, дадим мы тебе денег, чтоб хватило на самого лучшего, – успокоил его Громила.

— Самый лучший это… где ж его взять-то?

— Ярмарка, говорят у вас тут недалеко, там любого коня можно и продать, и купить.

— Может кому и недалеко, а на самом деле за тридевять земель.