Книга Мой ласковый зверь, страница 81 – Юлия Мош

— у Романа Седова. — Кирилл посмотрел на меня, и в его глазах, на минуту потерявших привычную холодность, читалось нескрываемое напряжение, смешанное с беспокойством. — Твоего бывшего партнера. И те же самые черные человечки, что мелькали в старых отчётах по его делу, засветились на периметре сгоревшего склада за несколько часов до возгорания. Все улики ведут к нему. Это не случайность, Альфа. Меня будто ледяной водой окатили. Роман. Мой бывший партнер. Мы с ним вели совместный бизнес пять лет назад. строили империю. Он был молод. амбициозен, но уже тогда в его глазах мелькал хищный огонек. Пока не разошлись.

Точнее, пока я не выгнал его, изгнав из своей жизни и из бизнеса, узнав, что он ворует, что он крыса, что он продаётся, как последняя шлюха, конкурирующим кланам оборотней. Тогда были громкие угрозы, грязные интриги, бессмысленные попытки мести, которые легко были подавлены. Но потом все затихло. Я думал, он смирился. Я думал, он сгнил где-то на дне, поняв, кто он такой. Но, видимо, недооценил глубину его злобы и низости, его способности ждать и мстить. Зверь внутри меня, раненый и обгоревший, рычал от беспомощности и ярости, требуя крови.

— Ты уверен? — спросил я, мой голос звучал чуждо, словно не принадлежал мне, а принадлежал кому-то другому, кого я уже не узнавал.

— Не на сто процентов, конечно. — Кирилл убрал планшет, его взгляд стал жестким, а челюсти сомкнулись. — Роман слишком хитер, чтобы вот так подставиться на камеру. Но все указывает на него. Слишком много совпадений, Альфа. А главное — его почерк. И если это он... он знает, что ты теперь в паре. Кто твоя пара. Знает, кто твоё самое слабое место.

Значит, она в опасности. В гораздо большей опасности, чем ты себе представляешь. Кровь застыла в жилах. Лиза. Моя девочка. Моё самое слабое место. Мой свет. Моя жизнь. — Удвой охрану вокруг нее. Нет. Утрой. — приказал я, и мой голос, несмотря на боль, приобрел резкие, повелительные нотки Альфы, не терпящие возражений. — Никто, слышишь, никто не должен к ней приблизиться. И найди Романа. Живым или мертвым. Но живым — лучше, мне нужно будет с ним поговорить. Приведи его. Срочно. Кирилл кивнул, его лицо стало непроницаемым, скрывая все эмоции, и он вышел, оставляя за собой ощущение надвигающейся бури, которая вот-вот должна была разразиться. Через минуту вернулась Лиза, с двумя стаканами ароматного травяного чая в руках, её глаза все еще были немного припухшими от слез, но на лице играла слабая улыбка.

Что-то случилось? — спросила она, её взгляд скользнул по моему лицу, которое я не успел скрыть под маской безразличия. В её глазах плескалась новая волна тревоги, а маленькие морщинки собрались на лбу, выдавая её беспокойство. — Глеб, ты такой... мрачный. Как будто кто-то умер. Снова. Тебе сказали плохие новости? Все в порядке, моя девочка. — я попытался улыбнуться, но обожженные мышцы не слушались, а улыбка вышла жалкой, болезненной гримасой. — Просто устал. Много работы. Рук не хватает. Не обращай внимания. Она прищурилась, её проницательный взгляд словно проникал сквозь мою ложь, явно не веря ни единому моему слову, но настаивать не стала. Устроилась рядом, в своем кресле, протянула мне стакан с теплым чаем и села, взяв меня за здоровую руку, поглаживая мою кожу.