Книга Русалочка, фикция и раздача лещей, страница 24 – Пальмира Керлис

У дверей в покои Стояна лакей замялся.

— Его высочество… не один. С невестой.

— Ничего, – отрезал Крум, – это к лучшему.

И распахнул дверь.

В покоях было солнечно. Лучи били в высокие окна, заливая светом ковры и позолоту. На кушетке у камина сидел Стоян. А подле него она, положив руку ему на плечо.

Мое лицо. Мои черты. Моя фигура. Только волосы черные, а не красные. И глаза… Темные, глубокие, с искорками, которые я узнала бы где угодно.

Ункула. Морская колдунья! В моем обличье. С моим голосом во флаконе на шее. Она глянула на меня и улыбнулась с откровенным торжеством.

Стоян переводил взгляд с меня на Ункулу и обратно. На его лице проступило выражение, какого я раньше не видела. Стыд. Самый настоящий. Даже уши покраснели.

— Я знаю, зачем вы здесь, – вздохнул он. – Здравствуйте, Крум. И вы, Деверика. Следопыты доложили мне о вашей свадьбе. Поздравляю. И приношу свои извинения.

Я отвлеклась от Ункулы. Что? Принц извиняется?..

— Мне ужасно стыдно за то, что я притащил вас в замок, – продолжал Стоян, обращаясь ко мне. – Помутнение нашло. Наваждение. Я, видите ли, обознался, вы так похожи. Вот, – он указал на мою копию, – встретил свою истинную спасительницу, что вытащила меня из воды и спела чудесную песню. Она сама явилась ночью в замок. Моя невеста Ункула.

Та встала с кушетки. Плавно, как масляное пятно по воде.

— Добрый день, – произнесла распевно.

Меня передернуло. Мой родной голос – и в чужой глотке! Звучал он в точности как должен был, только интонации не мои. Слишком сладкие.

— Да, я спасла этого чудесного мужчину, даже не зная, кто он. – Ункула прильнула к плечу Стояна. – А тут вдруг принц. Какой сюрприз…

Улыбка у нее была до того фальшивая, что у меня заныли скулы. Что творится-то?! Я обличительно ткнула пальцем в мерзавку, не зная, что еще делать. Не в волосы же ей вцепляться: позовут стражу, и нас выставят.

— А вы уверены, что это именно она? – перехватил эстафету Крум.

— О да, – Стоян прижал руку к сердцу, – она спела мне своим прекрасным голосом ту песню. Ну, или другую. Мотив и слова я, признаться, не запомнил. Но голос – точно тот самый. Я так счастлив, завтра наша свадьба!

Завтра?!

— Так скоро? – Крум приподнял брови.

— А чего тянуть? Уж вы-то должны меня понимать.

Ну с ума сойти! Морская колдунья не только украла мой голос, но и скопировала внешность. И выходит замуж за принца! Зачем?! Что ей нужно? Власть? Деньги?

Крум вдруг хитро улыбнулся:

— Понимаю-понимаю. А мы на вашу свадьбу приглашены?

— Конечно! – просиял Стоян.

Ункула нахмурилась. Ей это явно не понравилось.

— Вся знать приглашена, – продолжал принц, не замечая ее недовольства. – Завтра в полдень в гавани. Я креативно подошел к вопросу. Будет украшенный цветами прекрасный корабль, гости, музыка, всюду море. Поскольку в море мы и познакомились. Правда, замечательно?

Ничего замечательного! Свадьба будет в море. На ее территории. Ох, не к добру это.

— Мне так неловко перед Деверикой за то, что ты, дорогой, нас спутал. – Ункула притворно кашлянула. – Позвольте мне извиниться перед ней наедине.

Не дожидаясь ответа, схватила меня за руку. Пальцы у нее были холодные и цепкие. Она уволокла меня за ширму и скинула маску учтивости. Лицо ее осталось моим, но выражение… Такого выражения у меня никогда не было. Торжество пополам с презрением.