Книга Елизавета, у нас отмена!, страница 13 – Алексей Фирсов

Смотр подходил к концу. Бирон, удовлетворенный «корпоративом», направился к крыльцу. Гвардия стройными рядами покидала площадь. Маша видела, как Миних резко повернулся и зашагал прочь от площади, не дожидаясь официального окончания церемонии. «Злой как черт», — отметила она. — «Время действовать».

Бирон поднялся по ступеням, обдав Машу и Антона Ульриха запахом дорогих духов и торжествующей наглости. Он даже не поклонился Анне Леопольдовне. Просто бросил пренебрежительный взгляд, как на кассиршу, у которой программа зависла.

— Поздравляю Вас, Ваше Высочество, — сказал он с легким курляндским акцентом. — Гвардия преданна Императору и… Регенту. Надеюсь, Вы чувствуете себя хорошо. Дворец в трауре, прошу соблюдать тишину. Не устраивать… излишней суеты.

«Хам», — ментально рявкнула Маша. — «"Соблюдать тишину", "излишняя суета"… Это он мне? Человеку, который суету устраивал такую, что у нас наряд полиции приезжал три раза за смену! Ты еще не знаешь, что такое настоящая суета, Бирон. Ты еще не знаешь».

— Конечно, герцог Бирон, — ответила Маша, снова включая «наивную дурочку». Голос её дрожал, но не от страха, а от предвкушения. — Мы так рады, что Ванечка… что Император под такой надежной защитой. Гвардия… она такая внушительная. А граф Миних… я видела его. Он такой… суровый. Мне даже страшно стало.

Бирон пренебрежительно махнул рукой. — Миних… Старый ворчун. Ему недолго осталось пугать честных людей своим видом. У меня будет указ о его… почетной отставке. Он больше не нужен.

«Отставка? Почетная?» — Маша чуть не хлопнула в ладоши. — «Дурак, дурак, дурак! Ты не просто уволил "афганца" без выходного пособия, ты еще и объявил об этом всем ЧОПовцам! Ты сам, своими руками, толкаешь армию к перевороту! Бирон, Бирон… Ты в Люберцах не проработал бы и дня. Тебя с позором уволили бы за недостачу мозга».

— Почетная отставка? — Маша округлила глаза, изображая испуг. — Ой, как же так… Ведь он фельдмаршал! А вдруг он… ну, обидится? Вдруг… ну… что-то сделает?

Бирон громко рассмеялся, и этот смех прозвучал как издевательство над всем галантным веком. — Что он сделает? Пожалуется в Сенат? Гвардия за мной, Анна! За мной! Миних — пустое место. Багаж, который нужно сдать в утиль.

И ушел, не дожидаясь ответа, окруженный своими ЧОПовцами в мундирах Измайловского полка Его Величества. Он упивался своей победой. Он считал, что он уже получил премию за этот месяц.

Но Маша знала: премию получает не тот, кто громче всех кричит, а тот, у кого в конце смены касса сошлась. И она не собиралась отдавать свою кассу этому Бирону.

— Доротея, — Маша повернулась к фрейлине. В её взгляде было ледяное спокойствие. — Ты нашла служебный вход?

Доротея кивнула, бледная, как просроченный кефир. Она уже понимала, что эта новая, сумасшедшая Анна затевает что-то невероятно опасное. Но слова про недостачу… недостача пугала её сильнее, чем сам Бирон.

— Нашла, Ваше Высочество… Через подвал кухни… Там есть потайная лестница. О ней мало кто знает.

— Отлично, — Маша посмотрела на мужа. — Антон. Ты готов на переучет? Не дрефь, немчура!

— Почему "немчура",дорогая?

Маша закатила глаза. — Иди в зеркало взглянь!

"Я сделаю из этого слизняка продавца месяца!"

ГЛАВА 6. РАЗВЕДКА БОЕМ ЧЕРЕЗ ФРЕЙЛИНУ

Утро в Зимнем дворце пахло удушливой смесью ладана, дорогого воска и французскими духами. Анна Иоанновна, бывшая «хозяйка сети», всё ещё лежала в парадной зале, и дворец пребывал в состоянии траурного анабиоза, который очень напоминал Маше затишье перед визитом налоговой. Все ходили на цыпочках, перешептывались, но в глазах горел лихорадочный огонь — каждый ждал, как лягут карты при новом директоре-регенте.