Книга Графиня Воронцова, страница 68 – Алексей Фирсов

— Чудеса! Фокусы для балагана! Мой двор сошел с ума. Фрейлины пьют его «эликсиры молодости», сделанные из болотной воды и толченого мела, а гвардейские офицеры скупают у него рецепты философского камня. Если дуракам хочется расставаться со своими деньгами — Бог с ними. Но есть то, чего я терпеть не намерена.

Императрица резко встала с кресла и прошлась по кабинету. Было видно, что она находится в крайней степени раздражения.

— Григорий Александрович, — процедила она имя Потёмкина, и в ее голосе смешались гнев и глубокая обида. — Мой Светлейший князь! Человек, который строит флот и присоединяет к России новые земли, внезапно превратился в суеверную старуху! Калиостро совершенно одурманил его. Потёмкин поселил этого шарлатана в своих покоях. Они сутками сидят в темноте, бормочут заклинания и вызывают духов! Вы представляете, какой это удар по его репутации? По репутации всей Империи? Мой главнокомандующий не садится за стол без совета с «духом Александра Македонского»! Это возмутительно!

Она резко развернулась к нам.

— Этот итальянский проходимец должен быть остановлен. Он подрывает авторитет князя и лезет в государственные дела, — жестко сказала Екатерина. — Его нужно разоблачить. Причем так, чтобы Потёмкин сам, своими руками, с позором вышвырнул его на улицу. И сделать это должны вы, графиня. У вас нет пиетета перед авторитетами, и ваш ум не затуманен мистикой. Вы выведете его на чистую воду.

Я слушала Государыню, и мое сердце билось быстрее. Моя собственная цель идеально совпадала с императорским приказом. Но я понимала, что играть с Калиостро на его поле будет непросто — он был гениальным манипулятором.

— Но как, Ваше Величество? — я чуть растерянно развела руками. — Этот человек весьма хитер. Говорят, он творит настоящие чудеса при свидетелях, заставляя золото появляться из пустоты.

Екатерина остановилась прямо передо мной. В ее глазах блеснул холодный, расчетливый огонек великого стратега. Она протянула руку и слегка коснулась моего плеча.

— Ты умная девушка, Анна, — произнесла Императрица, глядя мне прямо в глаза. — Ты сможешь. А когда сможешь... моя благодарность будет поистине императорской.

Она сделала паузу, давая мне осознать вес ее слов. «Императорская благодарность» из уст Екатерины могла означать что угодно: от баснословных богатств до титулов, о которых другие не смели и мечтать. Но для меня главной наградой стала бы окончательная свобода от посягательств Потёмкина и гарантия нашей с графом неприкосновенности.

Василий Петрович, до этого хранивший молчание склонил голову.

— Мы не подведем вас, Матушка-Государыня. Моя супруга обладает редким даром видеть истину, скрытую за театральными декорациями. Этот фигляр пожалеет, что пересек границу Российской Империи.

— Я на вас надеюсь, граф, — кивнула Екатерина, возвращаясь к своему рабочему столу. — Ступайте. Аудиенция окончена. И помните, Анна: мне нужен не просто скандал. Мне нужно, чтобы магия рухнула.

Покинув кабинет Императрицы и выйдя на залитые солнцем аллеи Петергофа, я глубоко вдохнула свежий воздух, пахнущий фонтанной водой и морем.

— Что ж, Василий Петрович, — я взяла мужа под руку, чувствуя приятную, будоражащую кровь тяжесть предстоящей схватки. — Кажется, наш европейский отпуск закончился. Нас ждет охота на привидения.