Книга Графиня Воронцова, страница 71 – Алексей Фирсов

— О да, дорогая, — тихо ответила я, не сводя глаз со спины итальянца. — Мы с ним очень хорошо друг друга поняли.

Сеанс продолжался, но для меня он уже был окончен. Разведка прошла успешно. Я увидела его методы, оценила его харизму и поняла его слабое место. Алессандро Калиостро был блестящим актером, играющим на страхах и надеждах толпы. Но он был всего лишь человеком из плоти и крови. А значит, его магию можно было разрушить с помощью простой, безжалостной физики и химии.

«Готовься, великий чародей, — подумала я, направляясь к выходу из душного салона. — Твой главный фокус еще впереди, но режиссером этого шоу буду я».

Глава 45. Заглянуть в бездну

Я уже сделала шаг к выходу, когда мой внутренний стратег резко нажал на тормоза.

Уйти сейчас — значит просто признать ничью. Калиостро понял, что я не поддаюсь его гипнозу, но для остального зала он оставался непогрешимым полубогом. Екатерина ждала от меня не отчета о его фокусах, а публичного, сокрушительного краха этого мага. И лучшего момента, чем сейчас, когда он был расслаблен своим триумфом над доверчивой петербургской толпой, могло не представиться.

Я развернулась, выпустила локоть дрожащей Амалии и решительно шагнула из полумрака прямо в центр салона, в круг дрожащего света от канделябров.

Шуршание моего тяжелого бархатного платья в звенящей тишине прозвучало как выстрел. Головы присутствующих разом повернулись ко мне. Лоренца, сидевшая за столом с закрытыми глазами, вздрогнула.

Калиостро, собиравшийся перейти к следующему трюку, замер. На его смуглом лице на долю секунды мелькнуло раздражение из-за нарушенного сценария, но он мгновенно нацепил маску загадочного всеведения.

— Граф Калиостро, — мой голос прозвучал чисто, громко и абсолютно спокойно, разрезая душный, пропитанный ладаном воздух. — Вы так виртуозно читаете прошлое и утешаете вдов. Но говорят, истинный маг познает себя в предвидении. Не соизволите ли предсказать мое будущее?

По салону прокатился испуганный шепоток. Бросать вызов великому чародею в его собственной обители считалось неслыханной дерзостью. Амалия за моей спиной судорожно ахнула.

Калиостро медленно повернулся ко мне всем корпусом. Его черные глаза сузились. Он понял, что это вызов. И он, как опытный шоумен, не мог от него отказаться, не потеряв лица перед своей паствой.

— Будущее — это река, скрытая в тумане, графиня, — глубоким, рокочущим басом ответил итальянец, делая плавный шаг в мою сторону. — Но для тех, кто владеет ключами от вечности, туман рассеивается. Вы смелы, раз просите об этом. Многие бегут от своей судьбы.

— Я предпочитаю смотреть ей в лицо, — холодно улыбнулась я. — Прошу вас. Мое будущее.

Он подошел ко мне вплотную. Нас разделяло не больше полуметра. Запах мирры и какого-то терпкого, одурманивающего масла от его камзола ударил мне в нос.

— Смотрите на меня. Не отводите взгляд, — властно приказал Калиостро.

Я послушно подняла голову и посмотрела прямо в эти знаменитые, бездонные черные глаза, сводившие с ума половину Европы.

Я знала, как работают такие люди. Они — гениальные физиогномисты. Они читают микровыражения лица, пульсацию жилки на шее, расширение зрачков. Они вытаскивают из подсознания человека его страхи — страх болезни, измены, разорения — и выдают их за пророчества.