Книга Девушка из снов, страница 37 – Натали Гагарина

Пока добиралась до клиники, в её голове теснились разные мысли, одна страшнее другой. – А что с Федосом? – думала она, – он-то как? Жив ли? Где находится? Как могло случиться, что мама попала в автокатастрофу? Она – такой опытный водитель, и машина у неё почти новая! Лиза прибыла в клинику «Радожского», когда Марии делали операцию. В хирургическое отделение никого не пускали. Она представилась и показала свой паспорт. Взглянув на измученную девушку, с застывшими от ужаса глазами, миловидная женщина – регистратор проводила Лизу в левое крыло клиники, где находились апартаменты для гостей и приезжих, предоставив ей возможность ожидать до конца операции в комфортном номере. Лиза ещё не осознавала той трагедии, которая случилась. Никогда не думаешь о том, что несчастье в любое время может произойти именно с твоими родными, в твоей семье. Девушка сидела, сжавшись в один комок, чтобы как-то унять нервную дрожь. Слёзы текли и текли по щекам, будто внутри открыли краник. Лиза не знала, что с мамой, и что именно с ней делают в операционной. Она ждала и убеждала себя, что всё будет хорошо: оперируют, – значит жива. А жива – значит, поправится. Обязательно поправится! И Лиза будет делать всё, чтобы у мамы было всё хорошо! И никогда больше в ответ на её просьбу сделать что-то, она не скажет: – «Мне некогда!» или « Я не хочу!» Она даже пыталась читать молитву: – Господи! Помоги маме! Сделай так, чтобы она была жива и здорова! Мне ничего не надо, Господи! Я ничего не буду просить для себя, только помоги маме! Возьми моё здоровье, Господи, и отдай ей!

Конечно, Лиза не могла видеть Федоса, приехавшего в эту же клинику позже, а затем, потерявшего сознание в приёмном покое на долгие сутки.

Сейчас Федосей и Лиза были вместе. Горе объединяло их. Федос усадил девушку в кресло, налил в стакан минералку и подал ей.

— Лизонька, ты не переживай, милая. Поверь мне, всё будет хорошо. Я с главным врачом разговаривал. Он сказал, что есть надежда. Он очень хороший человек, ему можно верить! Ты понимаешь, Лизонька?! Если доктор так сказал, – мы с тобой всё сделаем, чтобы помочь маме выжить и поправиться! От нас очень многое зависит! А мы с тобой, посмотри, какая сила! Он обнял за плечи девушку и показал ей их отражение в зеркале, стоявшем напротив. Лиза сидела с отрешённым видом, без слёз, с опухшими, красными веками и совершенно бледным лицом. Она была настолько потеряна и подавлена, что готова уцепиться за любую соломинку. Этот чужой, седовласый человек, с красивым, уверенным голосом, которого она сегодня впервые увидела, стал сейчас для неё единственной надеждой на спасение, единственной поддержкой для неё и для мамы. И она первый раз в своей жизни, мысленно поблагодарила Бога, что послал ей Федоса в такую трудную минуту, где ей бы одной совсем не справиться.

— Спасибо Вам Федосей Георгиевич! Вы очень добрый человек.

— Доброта, Лизонька, – то же, что здоровье для тела. Она ведь не заметна, когда владеешь ею. Я очень люблю твою маму. Для меня нет иной любви, кроме той, когда я отдаю всего себя: и тело, и душу любимому человеку. Это и есть истинная любовь, когда забываешь себя и живёшь только жизнью и интересами того, кого любишь. На этом стоит мир.

— На истинной любви?

— На людях, в которых живёт такая любовь.