Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
Мы поднялись в хорошо протопленный зал, пустой, всех слуг удалили заранее. Этот зал… Тот самый… Здесь я очнулся, когда меня ранил медведь, и смотрел как Сигню заплетает косы, вся пронизанная светом восходящего солнца… Это волшебное воспоминание придало мне сил, воодушевило и даже как будто вооружило меня против ополчившихся на меня родных. Мы снимаем меховые плащи, шлемы. Мама аккуратно ставит свой красивый царственный шлем на стол, возле себя. Садится первая во главу стола, положив ладони на столешницу. Мой план прост и чёток. Я помогаю Ньорду получить трон через Сигню. Он женится на ней, чтобы сесть в Сонборге, а потом медленным ядом сведёт в могилу. Сразу убить поганиую тварь нельзя, она так любима в народе, что под любым, кто обидит её, разверзнется земля… Ну, а после её смерти, через год или около, я помогу Сигурду свалить Ньорда. Ведомый жаждой мести, Сигурд вернёт себе Свею легче, чем завоевал когда-то… …Как полезна женская близорукая ненависть! Рангхильда помешана на том, чтобы избавиться от невестки. И готова на всё, чтобы помочь мне отобрать у Сигню своего сына, даже забрать у него Свею… …Мы с Ньордом садимся напротив друг друга. Я давно не видел его. Он повзрослел, что называется, заматерел, что же, он скоро женит старшего сына… а я всё вспоминаю его мальчиком, пареньком, который катал меня на плечах до речки, где учил плавать… Боги, неужели, мы те же мальчишки?.. Ньорд закатал рукава рубашки, обнажая тостые от мышц мохнатые от рыжей шерсти руки, увитые браслетами татуировок: так отмечают детей конунга. Каждый браслет на правой руке — сын, на левой — дочь, браслеты из перевитых рун рода, одал. Что ж, Ньорд богат потомством. На моей правой руке только один браслет пока. Ньорд усмехнулся: — Твоей жене идёт быть беременной. Мне она понравилась теперь больше, чем раньше, — он доволен произведённым впечатлением. И продолжил: — Я обманул тебя, Сигурд, как любого зверя! А-ха-ха!.. Он захохотал, запрокидывая большую круглую голову. А волосы стали редеть у тебя, Ньорд, подумалось мне, когда я увидел его просвечивающую сквозь длинные и слипшиеся под войлочным подшлемником беловатые волосы макушку… Мой ум цепляется за всё, чтобы только не думать о том, что он коснулся Сигню… А Ньорд продолжает, наслаждаясь: — Я выманил тебя, как медведя из берлоги, и пока ты и твои алаи носились за моими норвеями и сыновьями, я спокойно вошёл в Сонборг, пробив стены орудиями, которые ты первый применил в Свее восемь лет назад. Он доволен собой, он не может не чувствовать какой ужас я испытваю… — Если бы не катапульты, я долго осаждал бы Сонборг. Пришлось бы что-то придумывать самому, ты его сделал неприступным с этими тройными стенами, — он засмеялся, обнажая крепкие широкие зубы в такой знакомой усмешке. В этот момент я подумал, что он, наверное, ест сырое мясо… мне кажется, я вообще не знаю этого человека… — Неужели, ты правда, рассчитывал на помощь мамочки? После того как выбрал не её, а Сигню. Все мужчины Рангхильды всегда выбирают других женщин. Даже верный Ингвар и тот выбрал Смерть. Что уж говорить о главной любви её жизни — Эйнаре Синеглазом, — он наслаждается своми глумлением. — Что, мальчик, не думал, что я узнаю, что ты ублюдок Эйнара? Я догадывался давно. А тут письма твоего папаши нашлись в сундуках вашего Фроде. Да Гагар сболтнул спьяну, что Хильди ездила сюда к Эйнару. Так что ты, возможно, зачат был в этом доме. А Хильди? — Ньорд залился смехом, точно давно ждал этого момента поиздеваться над нами. |