Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 184 – Татьяна Милях

Приняв издевательский подарок, Пушнов кисло улыбнулся:

— Благодарю, ваше сиятельство. Поверьте, я буду вас помнить до конца своих дней…

«Не сомневаюсь, — язвительно подумала Дарёна. — И это только цветочки», — и потянувшись к его уху, уже вслух прошептала:

— О, Сергей Алексеевич, я тоже о вас не забуду… ни-ког-да.

— Вы дадите мне шанс на реванш, сударыня? — воспрянув духом, спросил Пушнов, и в его глазах вновь блеснул похотливый блеск.

— Не сомневайтесь, — кокетливо улыбнувшись, ответила она и протянула ручку. — Я непременно позволю вам отыграться.

— Буду с нетерпением ждать этого момента, — прикоснувшись губами к тонкой перчатке, пробормотал ловелас.

— Благодарю вас, господа, за столь тёплый приём, но мне, увы, пора, — обращаясь к притихшим игрокам, произнесла графиня Лещинская, вновь разыгрывая роль милой и глупенькой светской дамы.

Кокетливо покачивая кринолином, она направилась к выходу, а Пушнов, глядя ей вслед, уже мечтал о реванше в её спальне.

Стоило дверям за графиней закрыться, как Бротар подскочил к приятелю.

— Серж, что ты, чёрт тебя дери, натворил?! — яростно зашипел он. — Зачем ты позволил этой женщине выиграть?

— Этой дурочке просто повезло, — отмахнулся Пушнов.

— Повезло? Как ей могло повезти? — не унимался француз. — Ты знал все ходы наперёд, — он многозначительно покосился на лежащую на столе колоду. — Как "глупая вдова" могла тебя обставить? О-о-о! Похоже, она действительно вскружила тебе голову.

— Не более чем другие хорошенькие дамы, — фыркнул хозяин дома.

Он взял карты со стола, неспешно перетасовал их, мимоходом проверяя рубашки и убеждаясь в подлинности тайных меток. Всё было на месте.

— Но в одном ты, пожалуй, прав, Луи, — мечтательно добавил Серж, убирая колоду в карман. — Окончательная победа над этой строптивицей будет особенно сладкой.

— Серж, ты можешь думать о чём-то кроме женских юбок? — продолжал беситься Бротар. — Твоя графиня сорвала банк! И куш там вовсе не маленький!

— Пустяки... В следующий четверг я отыграюсь, верну золото до последнего гроша, а заодно заберу и её саму, — Пушнов похотливо прищурился, предвкушая грядущий триумф.

Стоило Дарёне покинуть игровую комнату, как её походка мгновенно сделалась твёрдой и уверенной, а кокетливый блеск глаз сменился на холодное торжество. Она уносила в ридикюле не просто деньги, она уносила жизнь своего врага, аккуратно упакованную в знание о готовящемся государственном преступлении.

Когда дверца кареты с глухим стуком захлопнулась, а лакей привычно вскочил на запятки, графиня Лещинская бессильно откинулась на кожаное сиденье и прикрыла глаза. Некоторое время она сидела неподвижно, будто боясь спугнуть долгожданную тишину. Только здесь, под защитой покачивающихся стен экипажа, девушка, наконец, позволила себе глубоко выдохнуть.

Напряжение вечера проникло в тело крупной дрожью, но не от пережитого страха дрожала Дарёна, а от осознания неотвратимости возмездия: первый шаг был сделан…

Карета качнулась, и девушка открыла глаза.

Москва поплыла мимо окон, и, глядя на замершие словно во сне дома, Даша постепенно успокоилась. На одном из поворотов колесо наткнулось на камень, заставив экипаж подскочить, а червонцы в шкатулке звякнули. Вспомнив о добыче, Даша медленно подняла крышку и отыскала кольцо работы отца. В тусклом свете масляного фонаря, пробивающегося сквозь щель, родонит вспыхнул кровавой каплей, заставив сердце сжаться.