Книга Без страха и упрёка, страница 81 – Андрей Земляной

— На момент выстрела я не знал, кто передо мной, — доложил Штурмин. — Определил старшего по действиям сопровождения. После первого попадания сделал ещё два выстрела по офицерам, которые продолжали управлять группой, затем сменил позицию.

— Это в донесении отражено, — ответил Зайцев, собирая бумаги. — В штабе фронта хотят услышать объяснение непосредственно от вас. Кроме того, в немецких переговорах появились приказы усилить поиск русского снайпера, действующего на фабричном участке. Имени у них нет, только предполагаемый сектор и описание винтовочного огня.

Руденко нахмурился.

— Они связывают этот выстрел с Хагеном?

— Возможно, предполагают, что винтовка инструктора попала к русским, — ответил Зайцев. — Но подтверждения у них нет. В радиограммах говорится только о неизвестном стрелке, который действует с фабрики и меняет позиции.

— Когда выезжать? — спросил Руденко.

— Следующей ночью. Я сопровождаю сержанта до штаба фронта и возвращаю обратно, если там не примут другого решения.

К вечеру пришёл приказ о выезде.

«Маузер» Штурмин оставил Руденко под расписку, взяв с собой только Вальтер. Ехать с редкой винтовкой по ночным дорогам и таскать её через штабные посты не имело смысла.

Капитан Зайцев прибыл после полуночи на крытой машине. Дорога проходила через несколько переправ и разрушенных кварталов. Фары не включали. На опасных участках водитель шёл вслед за регулировщиками, обозначавшими дорогу закрытыми фонарями.

Зайцев почти не разговаривал. Только перед прибытием предупредил:

— Командующего интересуют обстоятельства выстрела, ваши дальнейшие действия и возможность использовать немецкие поиски неизвестного снайпера. Отвечайте точно и не пытайтесь угадывать, какой ответ от вас хотят услышать.

— Понимаю, товарищ капитан, — ответил Штурмин. — Докладывать буду только то, что видел и делал.

Штаб фронта размещался в нескольких приспособленных зданиях. Машины въезжали во двор по одной, посты проверяли документы несколько раз, телефоны работали без перерыва. По коридорам двигались офицеры с картами и папками, но никто не бегал и не повышал голос без необходимости.

Штурмина провели в комнату, где находились генерал-полковник Андрей Иванович Ерёменко, генерал-майор Илья Васильевич Виноградов и несколько штабных офицеров.

Ерёменко стоял у большой карты. Выслушав доклад Зайцева, он приказал сержанту подойти к столу.

— Мне представили перечень ваших действий, — сказал командующий, рассматривая Штурмина. — Штрафная рота, Дубровка, немецкий штабной портфель, сбитый самолёт, уничтоженный инструктор-снайпер и теперь командир крупного соединения с начальником штаба. Не пересказывайте всё сначала. Объясните последний эпизод: что вы видели, почему выбрали именно этого человека и почему сделали ещё два выстрела.

Штурмин доложил расположение своей позиции, примерную дистанцию, видимость и порядок появления немецкой группы. Он объяснил, что не различал знаков звания, но определил старшего по действиям охраны, адъютантов и остальных офицеров. Второй выстрел был сделан по человеку, который бросился к упавшему и, судя по поведению окружающих, тоже занимал высокое положение. Третьим Алексей пытался вывести из строя офицера, продолжавшего отдавать распоряжения.

— После третьего выстрела цели закрыли машины, дым и люди, поэтому оставшиеся патроны я не использовал, — закончил Штурмин. — Позицию сменил до начала миномётного огня.