Книга Адмирал Империи – 59, страница 59 – Дмитрий Коровников

Птолемей выслушал и почувствовал, как надежда, вспыхнувшая было в груди, начинает угасать. Он знал, как работает фотонная почта — знал по опыту, а также из докладов и отчётов. Но одно дело знать, и совсем другое — осознавать это знание в момент, когда от него зависит твоя жизнь.

Фотонная почта была самым быстрым способом связи из существующих. Световые сигналы, передаваемые от одного транслятора к другому со скоростью света. В пределах одной звёздной системы — по меркам сегодняшних скоростей кораблей почти мгновенно. Десятки миллионов километров преодолевались за минуты, позволяя координировать действия флотов и станций в реальном времени.

Но между системами — это уже совсем другое дело. Свет не мог пройти через подпространство, не мог также быстро преодолеть бездну между звёздами. Информацию приходилось переносить физически — зондами или кораблями через стандартные межзвёздные врата. А каждый переход через врата требовал времени: не менее сорока пяти минут на подготовку кольца перехода, активацию систем, сам прыжок. И так — от системы к системе, по цепочке, пока сообщение не достигнет адресата.

— Сколько времени займёт доставка сообщения до Суровцева? — спросил Птолемей, хотя уже приблизительно знал ответ. Знал — и боялся услышать его вслух.

— Примерно столько же, сколько противнику потребуется, чтобы достичь нашей орбиты, господин первый министр. Плюс-минус час.

То есть Валериан Суровцев узнает о вторжении примерно тогда же, когда враг начнёт атаку на планету. Слишком поздно, чтобы что-то изменить.

— Но даже если он узнает вовремя, — добавил полковник Савельев, словно читая мысли первого министра, — это не гарантирует быстрой помощи. Как известно, эскадры вице-адмирала Суровцева и контр-адмирала Должинкова совершили прыжок в «Смоленск» напрямую, минуя «Вязьму». Это сократило время в пути, но потребовало огромного расхода топлива. Их танкеры пусты. У них нет интария для обратного прыжка.

— На Смоленске-3 есть запасы интария, — возразил Птолемей, цепляясь за последние остатки надежды. — Провинциальные резервы. Их можно использовать для дозаправки.

— Возможно, господин первый министр. Но мы не знаем точно, сколько там топлива. И хватит ли его на прыжок нашей общей эскадры обратно снова минуя «Вязьму». И даже если хватит — потребуется время на дозаправку и подготовку. Дополнительно несколько часов как минимум.

Несколько часов. Которых у них не было.

Гнев — яростный, иррациональный, неконтролируемый — поднялся в груди Птолемея, требуя выхода. Гнев на обстоятельства, на врагов, на подчинённых да что уж там — на весь мир.

— Что, тогда, чёрт возьми, делал вице-адмирал Суровцев в «Смоленске» все это время⁈ — прорычал он, и его голос разнёсся по притихшему командному центру. Офицеры у терминалов вздрогнули, но не обернулись — профессионализм требовал продолжать работу, что бы ни происходило за спиной. — Почему он до сих пор там, если основные силы противника стоят у порога столицы⁈

Полковник Савельев благоразумно промолчал. Никто точно не знал ответа на этот вопрос…

Птолемей усилием воли снова заставил себя успокоиться. Сделал глубокий вдох, задержал дыхание, выдохнул. Панику и гнев — потом. Потом будет время для обвинений и расправ. Сейчас нужно думать, что делать и искать выход.