Книга Адмирал Империи – 59, страница 57 – Дмитрий Коровников

Думал не о реакции присутствующих, а о кораблях. У планеты есть ещё несколько вымпелов на ходу — те самые лёгкие крейсера и эсминцы охранения, о которых упоминали на совещании. Если они не способны полноценно сражаться и противостоять эскадре противника — то они способны быстро двигаться. А значит, их можно забрать с собой в виде охранения своего флагмана. Лучше уж так, чем оставить врагу.

— И ещё, генерал, — окликнул Граус, когда Боков закончил разговор и убрал коммуникатор. — Все корабли, способные к самостоятельному передвижению, должны быть готовы к прыжку вместе с судами-генераторами. Мы не оставим противнику ни одного вымпела.

Боков обернулся. В его глазах мелькнуло понимание истинных мотивов первого министра и усталое принятие неизбежного. Он лишь кивнул.

— Да, господин первый министр. Распоряжусь.

Лифтовая капсула несколько замедлила движение. Цифры на индикаторе давно ушли в отрицательные значения — они спустились глубоко под поверхность планеты, туда, где располагались сверхзащищенные бункеры и командные центры. Здесь, на этих глубинах, можно было выдержать любую орбитальную бомбардировку, любой обстрел самыми мощными плазменными корабельными орудиями.

Двери с тихим шипением открылись, и Птолемей со своими спутниками шагнул в горизонтальный туннель — длинный коридор с бронированными стенами, освещённый холодным белым светом. Воздух здесь был другим — очищенным и стерильным, с лёгким привкусом металла.

Через минуту вся группа, пройдя идентификацию, погрузилась в горизонтальную капсулу — поменьше основной, но такую же бронированную — и понеслись по туннелю, преодолевая несколько километров за считанные минуты. Птолемей все это время молчал, глядя на проносящиеся мимо стены. Освещение мелькало — свет, тень, свет, тень — создавая гипнотический ритм.

Борис фон Щецин сидел напротив, неподвижный как статуя, в окружении своих роботов. Его тёмные очки отражали мерцающий свет ламп, и невозможно было понять, о чём он думает. Впрочем, с бароном это было невозможно никогда. Человек — если его вообще можно было назвать человеком в полном смысле слова — который не доверял ничему и никому, кроме своих машин. Который прошёл все проверки на лояльность и при этом оставался загадкой. Который был, возможно, самым опасным инструментом в арсенале первого министра.

Птолемей поймал себя на мысли, что присутствие директора ИСБ одновременно успокаивает и тревожит. Сейчас — скорее успокаивает. Барон был эффективен. А эффективность — это именно то, что требовалось в данный момент.

Еще минуты через две горизонтальная капсула остановилась у массивных ворот — створок из нимидийской брони, способных выдержать прямое попадание тактической ракеты или плазменного заряда линкора. Ворота раздвинулись с тяжёлым гулом, похожим на рычание просыпающегося зверя, и открыли вход в командный центр планетарной обороны.

Птолемей шагнул внутрь и на мгновение остановился, охватывая взглядом открывшуюся картину.

Огромный полукруглый зал с высоким сводчатым потолком и стенами, увешанными мониторами и тактическими экранами. Воздух здесь пах озоном и горячим металлом — запах работающей электроники, знакомый каждому, кто провёл достаточно времени в военных командных центрах. Освещение было приглушённым, чтобы не мешать операторам следить за экранами, и в этом полумраке лица людей казались призрачными, нереальными.