Онлайн книга «Адмирал Империи – 58»
|
— Командир, — Жила указал на карту, — 256-ый пытается развернуться. Похоже, его капитан решил уходить, несмотря ни на что. Я видел это на схеме — отметка вражеского крейсера дёргалась, пытаясь изменить курс в ограниченном пространстве. Плохая идея. Очень плохая идея в узком коридоре под непрерывным огнём. «…столкновение! 256-ый врезался в „Можайск“! У нас повреждения левого борта!» «Какого чёрта ты делаешь, 256-ый⁈ Куда ты лезешь⁈» «Мои щиты на нуле! На нуле, понимаешь⁈ Ещё минута — и я труп!» Щиты на нуле. Это означало, что следующие попадания пойдут уже в корпус. В броню, которая долго не выдержит концентрированного огня линкоров. — Не снижать интенсивности, — повторил я. — Давить. Давить до конца, ребята. Ещё тридцать секунд непрерывного огня. «…попадание в корпус! Пробоина на третьей палубе! Аварийные команды…» «256-ый теряет атмосферу! Нужна помощь!» «Какая помощь⁈ Мы сами едва держимся! „Можайск“, твои щиты?» «Сорок процентов и падают! Эта долбаная плазма льётся без остановки!» Я слушал и ждал. Ждал того, что должно было произойти. Того, ради чего всё это затевалось. И дождался. Голос — другой, властный, командный — прорезал хаос переговоров: «Северная группа — приказ штаба: доложить обстановку!» Суровцев. Он наконец вышел на связь. И в этот момент я понял, что пора переходить ко второй части плана. — Открыть канал связи на общей частоте, — приказал я. — Пусть слышат все. Аристарх Петрович посмотрел на меня с немым вопросом, но быстро выполнил приказ. — Канал открыт, господин контр-адмирал. Я набрал воздуха в грудь и заговорил — громко, чётко, так, чтобы каждое слово дошло до каждого корабля в этой системе: — Всем вымпелам эскадры — приказ командующего. «Рафаилу», «Норд Адлеру» и «Дерпту» — занять огневые позиции у восточного коридора. «Святому Александру» и «России» — у западного. Открыть заградительный огонь по готовности. Повторяю: заградительный огонь по всем коридорам. Пауза. А потом — хор голосов нашего засуетившегося противника в эфире, и уже не только из северного коридора: «Восточная группа — штабу! Они выдвигаются к нашему коридору!» «Западная группа — штабу! У нас та же ситуация! Что делать⁈» «Южная группа запрашивает инструкции! Мы следующие⁈» Двадцать с лишним крейсеров, рассредоточенных по четырём коридорам, — и все они только что услышали, что попали в ловушку или скоро в нее попадут. Что каждый из этих коридоров вот-вот превратится в тир, где они будут мишенями. Теперь мяч был на стороне Суровцева… …На мостике «Новороссийска» Валериан Николаевич слушал какофонию голосов в эфире и чувствовал, как что-то холодное сжимается в груди. Это было неприятное ощущение. Вице-адмирал Суровцев привык контролировать ситуацию, привык быть на шаг впереди противника, привык к тому, что его планы работают. Но сейчас — сейчас всё шло не так. — Господин вице-адмирал, — голос оператора связи дрожал, — северная группа докладывает о критической ситуации. 256-ый потерял защитные поля, получает попадания в корпус. «Можайск» и 1013-ый повреждены при столкновении. Группа запрашивает разрешение на отход. Отход. Это слово резануло слух Валериана, как ржавый нож. — Восточная и западная группы докладывают о выдвижении противника к их позициям, — между тем продолжал оператор. — Ожидают аналогичного обстрела. Запрашивают инструкции. |