Онлайн книга «Перемена»
|
Вишевская с каждым днём становилась всё хмурнее и задумчивее, её не радовали ни светские приёмы, ни общение с достопочтенными господами, ни затяжные прогулки в компании Варвары Павловны, она скучала по родному дому и уже хотела было испросить разрешения у Михаила Григорьевича вернуться обратно в Россию, как однажды супруг сообщил весть, что вскоре они покинут Вену и отправятся по иным городам Европы. — Как скоро мы покинем отель? — нарочито спокойно поинтересовалась Елизавета Андреевна, хотя в душе ликовала от предстоящих перемен. — Ровно через два дня, моя дорогая. Нужно успеть упаковать все наши вещи. — И куда мы отправимся на сей раз? — В Дрезден. Из Дрездена поедем в Париж — пребывание там займёт не больше недели, а из Парижа путь наш будет лежать во Флоренцию. Во Флоренции мы проживём не менее полугода, а после, если то будет воля Посольского приказа, вернёмся обратно в Россию или же останемся ещё на один срок. Перспектива объездить все страны Европы, увидеть нечто новое, неизвестное, говорить с людьми других культур и языков, заводить знакомства с теми, кто ранее был так далёк, оказалась весьма заманчивой и в тот же вечер Елизавета Андреевна стала собирать-укладывать вещи, а потом почти до утра засиделась в номере Залесской, играя с ней в карты. В конце недели они стояли на перроне, прощаясь с неприветливой зимней Веной. Перед вагоном поезда Варвара Павловна трижды — по старой русской традиции, поцеловала Вишевскую в щёки, крепко обняла её как младшую подругу и с какой-то наигранной радостью, скрывая разочарование, проговорила, даже прокричала Елизавете Андреевне и Михаилу Григорьевичу: — Когда воротитесь в Санкт-Петербург, непременно напишите нам! Я вышлю вам приглашение в наш дом, где всегда рады гостям. А вам, моя дорогая, — обратилась она к Вишевской и голос её потонул в гуле, — я покажу нашу конюшню — самую лучшую в столице! Вам, как любительнице лошадей, надеюсь, будет весьма интересно взглянуть на моих рысаков. — Не волнуйтесь, Варвара Павловна, мы ещё не раз встретимся, — ответила Елизавета Андреевна, готовясь подняться в вагон. Поезд издал тяжёлый гул, раздался оглушительный стук и вагоны медленно тронулись с места, постепенно набирая ход. А внизу на перроне стояла Варвара Павловна рядом с супругом, всё также прощально махая рукой. XIV ГЛАВА В Дрездене чете Вишевских выделили целую квартиру в центре города, из окон которой во всём своём величии открывался вид на главную площадь. К ним приставили служанку из числа молодых расторопных девиц, несколько глуповатую, необразованную, но преданную своему долгу. Девица по имени Грета, сама будучи родом из деревни, помогла Елизавете Андреевне переодеться с дороги, тут же накрыла стол и пока Вишевские обедали, аккуратно разложила все их вещи. Следующим утром Елизавета Андреевна потребовала себе завтрак прямо в почивальню. Горячий кофе со сливками окончательно вывел её из полусонного состояния, но хандра, больше похожая на тоску, только усилилась. Делать было нечего: погода в Дрездене стояла холодная и слякотная, Михаил Григорьевич отсутствовал с раннего утра до позднего вечера в Посольстве по службе, ей некуда было даже сходить погулять — да и не с кем. Своих соотечественников она не встречала, а кроме глупой Греты рядом никого не было. Вот тогда-то Елизавета Андреевна осознала, как было весело и хорошо в Вене, вспоминала она, грустно вздыхая, затяжные венские вечера, как она кружилась в такт вальсу Шуберта, а на следующий день, просыпаясь к обеду, отправлялась кататься по городу в компании с охочей до разговоров Варвары Павловны. Здесь, в Дрездене, было всё по-иному, даже хмурое небо, даже серые мостовые. |