Книга Перемена, страница 41 – Лейла Элораби Салем

— Да кто они такие? — твердила молодая вдова, рассказывая о произошедшем друзьям и подругам. — Мой сын будет наследником всего состояния, ибо он как-никак тоже граф Таслов!

Её мечтам не суждено было сбыться: вскоре она осознала, что все деньги истратила, а друзья — те, что совсем недавно были ей близки, покинули её. С горя графиня заболела, у неё сдали нервы, приведшие к проблемам с сердцем. И не успело её сыну исполниться пять лет, как она умерла, позабытая, покинутая всеми. Родственники долго думали, с кем оставить мальчика-сироту, так рано лишившегося отца и матери? Долгое время мальчик жил у родных по материнской линии, но вскоре им пришлось отказаться от опекунства, ибо они не располагали столь денежными средствами, дабы дать сироте хорошее образование и верную дорогую в жизни. Тогда многочисленная родня с той и другой стороны собрались за общим столом, долго спорили-гадали, кому из них забрать сироту. Наконец, было принято единогласное решение отдать мальчика Залесской Варваре Павловне — как самой старшей и наиболее богатой из трёх сестёр.

— Так я стала для младшего брата опекуншей, заменив ему отца и мать, — закончила сими словами Варвара Павловна свой рассказ.

— Как же воспринял ваш супруг столь поспешное решение? Ибо взять себе ребёнка — это большая ответственность, — спросила несколько растроганная Елизавета Андреевна, чувствуя, как растёт в её душе симпатия к этой чопорной, немного манерной старушке, которую она ранее презирала и за что теперь чувствовала тайные угрызения совести.

— Естественно, мой супруг не обрадовался новому члену семьи. В то время он сильно занемог, а ребёнок — мой брат ему как снег на голову. Поначалу супруг даже видеть не желал брата, а я в тот период плакала и молилась Богородице о мире в семье; и, поверите мне или нет, но Она помогла мне, услышав с небес мои искренние мольбы, а после и муж пошёл на поправку и сердце его, ослабленное затяжной болезнью, растаяло при виде сироты — этой маленькой тонкой фигурке с ласковым, кротким взглядом голубых глаз — словно ангел, спустившийся с небес на нашу грешную землю. Тогда мне удалось отвести бурю невзгод, что готовы были вот-вот обрушиться на нашу семью грозным потоком, но, к счастью, всё обошлось, а барт лишь скрепил наш тихий, закрытый союз. Дом, в котором мы жили, наполнился новым для нас чудом, по анфиладам раздавался звонкий детский смех да живая музыка, когда брат садился за уроки фортепиано.

— И где сейчас ваш брат? Он также как и вы живёт в столице или в каком другом городе?

Залесская глянула тревожным-злым взором на Вишевскую — то было не привычное лицо, а чужая страшная маска, покрытая бледностью, и Елизавете Андреевне стало не по себе, а сердце учащённо забилось в груди. Какое-то время женщины мерили-сверлили друг друга непонятным взглядом — прошло так несколько секунд, а казалось, будто протекла целая вечность.

Наконец, Варвара Павловна приобрела привычное выражение лица, но голос её, заметно подрагивающий, проговорил:

— Погиб он в горах Турции, останков его так и не нашли, а ведь не прошло и года. Я часто ставлю свечи за упокой души его, однако, вижу его каждую ночь — приходит он ко мне во сне в окровавленном мундире, ходит вокруг дома и робко так стучит в окна. Я просыпаюсь в ужасе и чувствую, как по щекам моим текут слёзы.