Книга Измена на Первом Курсе, страница 132 – Мира Лаверн

Поэтому я вынуждена показать только те материалы, которые опровергают конкретную версию.

Я специально не включаю интимную переписку, личные фотографии и подробности близких отношений.

Наталья Игоревна кивнула.

Я открыла первый нейтральный фрагмент.

Сообщение Никиты:

«Люблю тебя. До вечера».

Дата.

После начала его связи с Катей.

Следующее.

Обсуждение поезда домой.

Двадцать восьмое декабря.

Две полки.

Следующее.

Совместный календарь.

«Посмотреть квартиры».

«Подработка».

«Домой вместе».

— Эти материалы сами по себе можно объяснить привычкой, жалостью или тем, что планы не успели отменить, — сказала я.

Никита слегка усмехнулся.

Я не остановилась.

— Поэтому я представляю backstage-записи.

Марк включил первый файл.

Дата отображалась в углу.

Никита стоит возле окна.

Я поправляю микрофон.

Он ловит мою руку и целует пальцы.

— Моя девушка меня душит техникой.

За кадром голос Марка:

— Потому что ты не умеешь крепить микрофон.

Никита обнимает меня.

— Зато она умеет всё.

Видео остановилось.

Второй фрагмент.

Кафе.

— Домой вместе, — говорит Никита, показывая билеты.

— Очень трогательно, — отвечает Марк.

Третий.

Возле общежития.

— После первого курса снимем квартиру, — говорю я.

Никита смотрит в камеру:

— Она уже всё решила. Мне останется согласиться.

Я выключила.

— Все три записи сделаны после даты фотографии Никиты и Кати возле клуба.

На экране появилась фотография.

Без увеличения.

Без подписи.

Только дата и место.

Катя закрыла глаза.

Никита смотрел на комиссию.

— Источник фотографии установлен, — продолжила я. — Оригинал передан с пояснением автора снимка и Леры, сохранившей файл.

Лера подняла голову.

— Я не публиковала фотографию, — сказала я. — Не использовала её в продвижении и не передавала пабликам.

Она представлена только потому, что подтверждает хронологию, которую Никита сам сделал предметом жалобы.

Дальше — фрагмент полной записи ночи.

Не обрезанной.

На экране моя спина.

Комната Кати.

Голос:

— Когда мы расстались?

Никита:

— Отношения давно разрушались.

Я:

— Ты вчера называл меня своей девушкой.

Никита:

— По привычке.

Я:

— Ты собирался мне сказать?

Он:

— После фестиваля.

Запись остановилась.

— Эта фраза исключает версию о состоявшемся расставании, — сказала я. — Можно спорить о состоянии отношений, отдалении и конфликтах. Но сам Никита говорит, что собирался сообщить позже.

Я не прошу комиссию оценивать измену.

Я прошу не использовать вымышленное давнее расставание как основание запретить мой фильм.

В зале стояла тишина.

Я закрыла красную папку.

— Моя позиция простая.

Сценарий написан мной.

Финальная версия не использует личные материалы Никиты.

Герой не является его копией.

Измена и публичный конфликт в фильме отсутствуют.

Я не продвигаю работу через видео и не публикую собранные доказательства.

Я защищаю не право наказать Никиту.

Я защищаю право рассказать историю о том, как человек взрослеет и перестаёт считать общее начало обязательством к общему финалу.

Я села.

Только тогда поняла, что почти не чувствую пальцев.

Арсений подвинул ко мне воду.

Я выпила.

Не посмотрела на Никиту.

Комиссия задавала вопросы.

— Почему вы оставили название? — спросила Наталья Игоревна.

— Потому что факт общего приезда остаётся важным. Название не обещает общего финала.