Книга Измена на Первом Курсе, страница 130 – Мира Лаверн

Он закрыл планшет.

— Я не прошу признать меня соавтором всего сценария. Я прошу признать, что работа возникла из общей истории, что мой творческий и личный вклад существует и что новая версия не может оцениваться отдельно от обстоятельств её создания.

Никита сел.

Несколько секунд никто не говорил.

Он выступил хорошо.

Лучше, чем я надеялась.

Смешал правду и ложь так, что разобрать можно было только по слоям.

Я написала в блокноте:

Не отвечать на всё сразу. Четыре вопроса.

Председатель задал несколько уточнений.

— Вы утверждаете, что являетесь соавтором сценария?

— Я утверждаю, что имею творческий вклад и право возражать против искажения созданного с моим участием образа.

— Вы передавали Софье письменный текст, сюжетные разработки или структуру?

— Нет. Работа создавалась устно и в процессе.

— Вы согласны, что первоначальная письменная версия существовала до начала съёмок?

Никита сделал паузу.

— Да. Но она уже была основана на нашей жизни.

— Вы давали согласие на использование этих общих обстоятельств?

— На первоначальную версию — да.

— Отзывали согласие письменно?

— После конфликта.

— Спасибо.

Алина спросила:

— Вы утверждаете, что Софья или команда публиковали фотографии со съёмок для продвижения?

— Я не могу доказать прямую публикацию. Но команда продолжила работу, понимая, что внимание связано со скандалом.

— То есть прямых доказательств продвижения через конфликт нет?

— Прямых — нет.

— Вы видели обрезанное видео до публикации?

Никита слегка напрягся.

— Мне показывали один из вариантов.

— Вы возражали против открытой публикации?

— Я сказал, что не хочу участвовать.

— Потребовали не публиковать?

— Нет.

— Формулировка «не зря боялся расстаться лично» принадлежит вам?

Он посмотрел на Гошу, сидевшего у стены.

Тот опустил голову.

— Я произносил похожую фразу в частных разговорах.

— Спасибо.

Алина записала.

Председатель повернулся ко мне.

— Софья Лаврова.

Я встала.

Колени дрожали.

Я положила синюю папку перед собой.

— Я начну не с измены.

Голос прозвучал громче, чем ожидала.

Все смотрели.

Даже Никита.

— Потому что комиссия не рассматривает, кто из нас был прав в отношениях. И потому что фильм не содержит измены.

Я открыла первый документ.

На экран вывели свойства файла.

— Это первая версия сценария. Создана двадцать второго августа. До начала учебного года. До знакомства с медиаклубом и до того, как Никита прочитал текст.

Следующий слайд.

Скан заметок.

— Это рукописный план. В нём уже существуют двое выпускников из маленького города, совместный переезд, общежитие, новые друзья, конфликт из-за разных темпов взросления и финальная сцена на набережной.

Я включила короткий аудиофрагмент.

Мой голос из августа:

— «Город должен быть не злодеем, а пространством, где люди перестают быть продолжением школьных ролей».

Выключила.

— Это голосовая заметка, созданная двадцать четвёртого августа.

Следом письмо Марку.

Первая заявка.

Паническая попытка отозвать.

Ответ.

Несколько членов комиссии улыбнулись на фразе о реакции автора.

Я не стала.

— История изменений показывает, что структуру, сцены и диалоги писала я. Комментарии Марка отмечены отдельно. Никита не имел доступа к редактированию и не создавал письменных версий.

Я показала таблицу.

— Его творческий вклад я не отрицаю.