Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 162 – Анне Якобс

Ее начинала раздражать эта суета. Почему она должна прятаться? Рано или поздно мама все равно узнает – так почему бы не сейчас?

— Позволь маме хотя бы поесть перед этим. От частых мигреней она сильно похудела.

Лиза раздраженно фыркнула, но подчинилась. В конце концов, каким безвкусным куском ткани был этот шарф! Но если мама была в таком плохом состоянии, Лиза должна быть внимательной к ней.

Когда Алисия вошла, ведомая под руку Серафиной, ей показалось, что мама очень похудела. Лицо матери покрылось морщинами, седые волосы она больше не красила, руки стали настолько худыми, что видны были костяшки пальцев.

— Лиза! Как ты поправилась! Деревенский воздух пошел тебе на пользу.

Элизабет хотела встать, чтобы обнять маму, но вовремя почувствовала руку Пауля и поняла, что ей лучше оставаться на своем месте. Алисия сделала движение, чтобы подойти к ней, но Серафина мягко взяла маму за плечи и провела к ее месту.

— Присаживайтесь, дорогая Алисия. Мы все рады, что наша Лиза снова с нами, не так ли? Давайте прочтем молитву перед едой.

Сразу же после этого вошел Юлиус, чтобы подать суп. Говяжий бульон с маульташен – как же давно она этого не ела! Да еще посыпанный свежей петрушкой – и это в декабре!

Все разложили свои салфетки и приступили к супу, некоторое время слышался только легкий звон ложек о тарелки.

— Что будешь делать дальше, Лиза? – наконец заговорила мама. – Ты все еще намерена развестись?

— Да, мама. Процесс уже идет. Это не должно занять много времени…

Серафина вмешалась и объяснила, что развод в наше время больше не является чем-то необычным.

— Вместо того чтобы прожить всю жизнь в несчастном браке, гораздо разумнее разойтись. Так у вас есть возможность вступить во второй, счастливый брак.

При этих словах она посмотрела в сторону Лизы, и свет бра отразился в ее очках. Ей показалось или в самом деле Серафина смотрела не на нее, а на Пауля?

Алисия отодвинула от себя полупустую тарелку и промокнула губы салфеткой.

— В мое время разводиться было не принято. А когда это случалось, то за этим обычно скрывался скандал.

Она взглянула на Лизу, но Пауль быстро вмешался в разговор:

— А как ты планируешь жить после развода, Лиза?

Она чуть было не сказала, что сначала хочет родить ребенка. Но в последнюю секунду прикусила язык.

— О, я думаю, мне сначала понадобится немного отдохнуть. Я буду полезной здесь, на вилле. Если позволишь, мама, я с удовольствием помогу тебе с ведением дома.

Серафина недоуменно улыбнулась и сказала, что это хорошая мысль:

— Однако в настоящее время ведение хозяйства в доме организовано очень хорошо и не нуждается в дополнительной помощи. Не так ли, дорогая Алисия? Мы очень хорошо ладим.

Мама согласилась с ней, затем разговор прекратился, потому что вошел Юлиус, чтобы убрать тарелки и подать следующее блюдо. Жаркое из телятины с горошком и морковью, хлебные клецки в сливочном соусе. Лиза забыла свои обиды на слова Серафины и попросила Юлиуса подать ей сразу три ломтика жаркого. Соус был просто восхитительным, клецки – непревзойденными. А жаркое было таким нежным и мягким.

— Что, слышно о господине Винклере? – прервал Пауль ее процесс наслаждения едой. – Разве между вами не было определенной… симпатии?

— Прошу тебя, Пауль, – вмешалась мама. – Школьный учитель. И, более того, он сидел в тюрьме!