Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 124 – Анне Якобс

— У парня такой талант! Как он может подражать людям! Очень правдоподобно. В том кувшине холодная вода?

— Холодная вода с привкусом мяты. – Юлиус вновь обрел самообладание и поспешил угостить гостью. Поскольку Ханна оказалась неприступной крепостью, а Герти показала ершистый характер, он решил прихлестнуть за Йордан. Чем она, конечно, была довольна.

— Спасибо, Юлиус. Очень внимательно с вашей стороны. Вы выглядите немного изможденным, мой добрый друг. Или жара в конце лета вас доконала?

Юлиус заявил, что плохо спал. Наверху, под крышей, где находились комнаты для служащих, даже сейчас ночью было невыносимо жарко.

— Кому вы говорите! – вздохнула Йордан. – Я помню душные летние ночи, когда лежала без сна и даже снимала рубашку, чтобы не задохнуться.

Герти фыркнула и постаралась замаскировать свой смех приступом кашля. Августа закатила глаза. Эльза слабо улыбнулась. Юлиус двусмысленно ухмылялся. Только Брунненмайер продолжала читать свою газету, делая вид, что ничего не слышала.

— А потом, когда ты лежишь без сна, ночью, – невозмутимо продолжала Йордан, – в голове появляются различные мысли, и ты беспокоишься о самых разных вещах. Не правда ли, так бывает со всеми нами.

Юлиус прочистил горло и согласился с ней. Августа заметила, что в этом году было необычайно много злобных комаров. Затем наступила тишина, только было слышно, как Эльза хрустит бисквитом. Недовольная Йордан откинулась на спинку стула. Она надеялась, что этого небольшого толчка будет достаточно, чтобы открыть шлюзы. Но, похоже, придется пускать в ход тяжелую артиллерию.

— Да, не все в мире идет так, как хочется людям, – заметила она и вздохнула. – Ателье госпожи Мельцер тоже закрыто уже добрых две недели. Она, надеюсь, не болеет?

Все знали, что Йордан испытывала ненависть к Мари Мельцер. Вражда возникла с того времени, когда Мари, пройдя путь от помощницы кухарки до горничной, вытеснила Йордан с ее места. Она никогда не простит ей этого.

— Да, госпожа действительно болеет, – наконец сказала Брунненмайер. – Ничего серьезного. Но ей придется некоторое время оставаться в постели.

Йордан сделала вид, что обеспокоена, и пожелала «поскорее выздороветь».

— Что с ней? Надеюсь, не кровотечение? Раньше она была очень слабой.

Даже Августа, которая так любила сплетничать о госпоже Мари Мельцер, не хотела кормить любопытную Йордан дополнительной информацией.

— Она скоро встанет на ноги, – непринужденно бросила Герти.

— Поняла. Это меня радует. По-настоящему. На днях я видела госпожу Китти Бройер с двумя детьми в автомобиле. Они свернули на Фрауенторштрассе.

Юлиус открыл рот, собираясь что-то сказать, но предупреждающий взгляд поварихи заставил его замолчать.

— Если ты пришла выведывать у нас информацию, Йордан, то тебе не повезло! – оборвала ее Фанни Брунненмайер. – Никто из нас не будет сплетничать о владельцах виллы, те времена прошли. Когда ты работала здесь, ты была одной из нас, и мы все обсуждали между собой. Но теперь ты богатая хозяйка магазина, носишь дорогую обувь и фунт золота на шее! Не нужно притворяться, сидя у нас за столом, и подслушивать, что мы скажем!

— Так вот оно как! Хорошо, что я теперь это знаю, – усмехнулась Йордан. – Похоже, здесь никто ничего не слышал о старой дружбе. Какая жалость, могу только сказать. Очень жаль, что узнаешь новое о людях.