Книга Обратная сторона долга, страница 91 – Наталья Барикова

— Так часов в восемь вечера обычно, если ничего чрезвычайного.

— Часов восемь, — прокручивая в голове варианты протянула я.

— Ты чего надумала, Катька?

— Ничего. Я уйду часов в семь вечера. Мне кое-что надо сделать.

— Катя, не сходи с ума, сейчас нельзя высовываться.

— Я сойду с ума, если ничего не сделаю. А сейчас оставь меня, мне нужно отдохнуть.

Дождавшись вечера, я пошла в кабинет Габриеля и сняла винтовку со стены. Разобрав, я бережно уложила ее в сумку вместе с патронами, ранее украденными мной на стрельбище. Достала из глубины шкафа одежду с брюками и надела на себя. Спрятав волосы под кепку, я была вполне довольна результатом. Ничто не мешало мне передвигаться, это то, что было нужно мне на тот момент.

Выйдя на улицу, я пошла самыми безлюдными местами, где вероятность нарваться на патруль была минимальной. Подойдя к пятиэтажному дому напротив здания гестапо, я забралась на крышу и собрав винтовку улеглась, внимательно смотря через прицел на выход. В здание входили, затем выходили офицеры и солдаты, но я ждала одного. Это чудовище я ни с кем бы не спутала.

«Митька, я тебе обещала, что убью немца. Сейчас я это сделаю, пусть это и не тот, о котором мы тогда говорили, но этот намного важнее. Его смерть будет стоить сотни фрицев! Эта тварь, которая тебя убила, жить не будет, Митька, клянусь тебе!». И только я закончила свой внутренний монолог, как из дверей гестапо вышел Юрген в компании какого-то солдата. Я прицелилась и, поймав в объектив его ухмыляющуюся физиономию, нажала на курок. Всего мгновение и немец упал с простреленной головой на землю. Схватив винтовку, я начала быстро спускаться вниз. Выскочив во двор, я понеслась что есть мочи в сторону дома Габриеля. Сзади слышалась беготня солдат и выстрелы, до дома оставалось совсем чуть-чуть, но вдруг какая-то шальная пуля задела мое плечо и заставила скорчиться от боли. Быстро оглядевшись кругом, я нырнула в какой-то подвал у дома и притаилась. Кровь ручьем текла по моему плечу и боль невыносимо жгла мое тело. Удостоверившись, что солдаты пробежали мимо и уже находятся на достаточно далеком расстоянии, я дворами добралась до дома. У меня не было сил даже открыть дверь. Я тихо постучала и рухнула на руки открывшему мне Габриелю. После минутного шока, Габриель подхватил меня на руки и заорал на весь дом:

— Марта! Воду, бинты, спирт, быстро!

Испуганная Марта метнулась в комнату и вернулась с аптечкой и нагретой водой. Я была в полубессознательном состоянии. Габриель осторожно разрезал на мне рубашку и осмотрев руку сказал:

— Катя, ты меня слышишь?

— Да, — еле проговорила я.

— Сейчас я вытащу пулю, будет очень больно, потерпи, прошу тебя.

— Вытаскивай. — кивнула я.

— Марта, держи ее крепче, — скомандовал он женщине, и она крепко прижала меня к своей груди.

Дальше было все как в тумане. С помощью ножа Габриель расширил рану и вытащил пулю, а когда он начал обрабатывать плечо спиртом я уже не выдержала и потеряла сознание.

Очнулась я только на следующий день ближе к обеду. Плечо уже не так сильно болело и было туго забинтовано. Но в теле была неимоверная слабость. Повернув голову, я увидела спящего рядом на кресле Габриеля. Только я попыталась встать, как он открыл глаза:

— Нет, лежи, ты потеряла очень много крови.