Книга Обратная сторона долга, страница 92 – Наталья Барикова

— Я пить хочу, — прошептала я пересохшими губами.

Он налил воду из графина и помог мне напиться.

— Катя, я утром был в штабе. Это ты убила Юргена?

— Да, — повернув к нему голову безразлично ответила я.

— Ясно.

— Ты теперь сдашь меня?

— Нет.

— Спасибо, — только и проговорила я.

— Ты могла сама погибнуть, а с тобой и наш ребенок.

— Габриель, мы говорили уже об этом.

— Нет, Катя, мы не говорили! Мы еще поговорим об этом. Мне сейчас нужно уйти, вернусь я через пару часов, вот тогда и поговорим. С тобой будет Марта, она покормит тебя. Тебе нужно поесть, тогда станет немного лучше.

— Габриель, я не могла по-другому, просто не могла.

— Я знаю, ты боец. Сумасшедший, правда, но боец, — погладив меня по голове он развернулся и уходя добавил, — отменный выстрел, солдат.

На меня после его слов нашло такое облегчение, что я разрыдалась. Я была настолько рада тому, что этот мужчина поддержал меня, а значит он был не таким уже и чудовищем, каким я его вчера называла. Моя интуиция меня не подвела. Я не ошиблась, когда решила сделать ставку именно на этого человека. Спустя некоторое время зашла Марта и накормила меня душистым бульоном.

— Ты молодец, Катя, хотя я и не одобряю того, что ты сделала, но ты молодец. Поделом ему, живодеру, — забрав посуду Марта оставила меня одну и я провалилась в сладкую негу сна.

ГЛАВА 21

— Катя, тут к тебе Аня пришла, — зайдя ко мне в комнату и ставя на столик печенье и чай сказала Марта.

— Зови, конечно, — радостно проговорила я.

Анька влетела в комнату и испуганно уставилась на мое перевязанное плечо.

— Где тебя уже носило?

— Да так, бандитская пуля. Чаю хочешь? — я встала с кровати и уселась за стол, с наслаждением отпивая из чашки чай и ставя вторую напротив Ани.

— Ну? — нетерпеливо проговорила Анька.

— Я Юргена вчера застрелила.

— Так это была ты? Ну ты даешь! Фридрих мне все уши сегодня прожужжал, что в городе объявился снайпер. Там же прям в голову пуля, да еще с такого расстояния. Молодец, Катюха.

— Я за Митьку. И за всех наших ребят, которых он замучил, гад. Я понимаю, что если не Юрген, так еще какой-то живодер будет. Но этот урод, у меня к нему прям личное, понимаешь? Я бы жить не смогла спокойно, если бы знала, что он по земле ходит.

— Да, это так. Вот и я не могу спокойно теперь жить. Гада этого, что заложил Митьку, тоже надо убрать. Сашка сказал, что займется им, как только случай подвернется удобный. Ой, Катя, ладно немцы, а тут свои ты смотри что творят! Это же что такое надо в голове иметь, чтоб ребенка сдать. Не понимаю. Да и Костю со свету сжил, урод.

— Уберите его быстрее, он же совсем близко к вам. Не дай бог что еще разнюхает.

— Катя, Катя, ты смотри, до чего нас война довела! О смерти людей, как об обыденном деле говорим. Страшно так, пройдет ли это после войны, коль выживем?

— Не знаю, Аня. Мне кажется, мы никогда уже не будем прежними, — с грустью промолвила я.

— Нет, не будем, ничто уже не будет прежним. Кать, а как же ты Габриелю свое плечо объяснила?

— Правду сказала.

— И он что?

— Ничего.

— Ты смотри, ручной он у тебя прям стал. Поди и с ладони ест? Я раньше так боялась за то, что ты с ним связалась.

— Пути господни неисповедимы, как говорила моя бабушка.

— Катька, ты хоть не влюбилась?

— Не спрашивай. Не хочу об этом говорить.