Книга Обратная сторона долга, страница 94 – Наталья Барикова

— Лена, ты ее убрал? — я не могла поверить в это и с ужасом смотрела на мужчину.

— Нет, пока с ней все хорошо. Она жива, ее никто не трогал.

— Пока?

— Да, Катя, пока. Ее судьба и все дальнейшее зависит от тебя.

— Габриель, я не разведчица, — продолжала отнекиваться я.

— Катя, я не первый день на войне. Я старше тебя, а значит и опыта у меня больше. Может с кем-то другим тебе бы и удалось провернуть все, но не со мной.

— И чего же ты хочешь? — стальным голосом проговорила я, сверля его глазами.

— Я сейчас изложу все, как мне нужно чтоб было, дальше решать тебе и твоему командованию

— Я слушаю.

Не веря до сих пор в происходящее, я мысленно начала прощаться с жизнью. Не то чтобы я не предполагала, что он обо всем догадывается, просто мне было ужасно страшно за то, что последует дальше за этим его знанием.

— Сначала я хочу знать, что ты сейчас чувствуешь ко мне? Я понимаю, что все у нас с тобой начиналось не совсем нормально и у каждого был свой интерес. Но столько всего произошло, и ты беременна теперь. Поэтому скажи, ты готова идти дальше со мной рука об руку?

— Готова, — не колеблясь ответила я, поскольку это была чистая правда.

Отвечая, я не думала о задании в этот момент, я правда хотела быть с этим человеком.

— Хорошо, тогда слушай. Через три дня Алекс улетает в Берлин. Его переводят назад в Германию. Он заберет тебя с собой. По приезду он отвезет тебя в имение моей матери. Оно далеко от Берлина и даже если в случае проигрыша в войне Германии, я не думаю, что война слишком затронет этот город. Ты сохранишь нашего ребенка и вырастишь его.

— Ты с ума сошел? В качестве кого я буду в Германии? Я же русская!

— Дослушай, — достав из ящика стола запечатанные конверты он положил их передо мной. — Ты будешь там в качестве моей жены. По приезду ты пойдешь к нотариусу моей семьи и передашь один конверт. Нотариус человек надежный, он друг моего покойного отца. Я ему все изложил подробно здесь. Он отдаст тебе документы на имя Катрин фон Вольф. Записи о заключении брака он сделает. По всем документам ты будешь девушкой из детдома, который сгорел в начале войны в Германии. Поскольку все архивы сгорели, проверять будет негде. Я был в этом городе проездом, поэтому все подтвердится. Мы встретили друг друга, полюбили и поженились.

— Габриель, я не могу, здесь моя родина, что ты такое говоришь? Какая Германия?

— А я не спрашиваю, Катя. Я говорю тебе, как ты сделаешь.

— Я не буду этого делать!

— Будешь. Потому что взамен я передам копию документов твоему командованию и отпущу Лену. Я спасу своего ребенка, ты поможешь родине. Решать тебе. Выбора у тебя нет. К документам вы не подберетесь никак, я об этом позаботился.

— Зачем ты так?

— Я хочу тебе жизнь спасти. И хочу, чтоб ты родила мне наследника. Я один из семьи фон Вольфов остался, у меня нет ни братьев, ни сестер. Ты и этот ребенок это все, что у меня есть.

— У меня есть время подумать?

— Нет, решай здесь и сейчас.

Я встала и подошла к окну. Что творилось тогда у меня внутри? Будь это в мирное время, возможно, было бы все по-другому. Но сейчас. Сейчас выбора не было. Мне говорили достать план наступления любой ценой. Это значит и была цена. Мне нужно было пробраться в Берлин, но, чтобы так, в качестве жены, да еще и с условием родить ребенка, этого я предвидеть не могла.