Онлайн книга «Добрая фея короля Карла»
|
— Я не приму милостыню из рук короля! – донеслось от окна. Аббат сделал последнюю попытку воздействовать на религиозное сознание прихожанина: — А если вас попросит епископ? — Я пошлю его ко всем чертям! Я выброшу его митру в окно, и он побежит за ней, избавив меня от своего присутствия. Настал черед единственной оставшейся у аббата карты – козыря. Другого выхода не оставалось. — А если я вам скажу, что просьба эта исходит не только от отца, но и… от супруги? Людовик, безучастно глядевший в окно, стремительно обернулся. — Моей супруги?.. – Он быстрым шагом направился к гостю, встал рядом, вперив в него полный радости взгляд. – Вы ее видели, аббат? Когда? Вы говорили с ней? О чем? Обо мне? И она просила вас… Она хочет, чтобы мы с ней увиделись в Булони? Так? Да отвечайте же, черт вас возьми, что вы молчите, как еретик перед судом инквизиции! — Все именно так, как вы сказали, принц, – не мог не вздохнуть с облегчением Ла Гранж. – И она будет ждать вас. Ведь вы так долго не виделись, правда? — Целую вечность! — И еще она просила передать вам… — Просила передать… Что же?! – Не владея собой, молодой герцог схватил аббата за грудки. – Говорите, черт побери, святой отец, не то я душу из вас вытрясу! Ла Гранж позволил себе улыбнуться: то, что происходило, вполне отвечало его намерениям. — Она сказала, что любит вас больше жизни, так что, если вы не придете, ей будет очень больно. Принц отпустил его и смотрел не мигая. — Мадам герцогине, полагаю, будет так плохо, что я опасаюсь, как бы она не наложила на себя руки… — Что?! Да вы в своем уме, милейший? — Да ведь ваша супруга только и твердит мне, что о своей любви. Как же ей не отчаяться, если ваш отказ от встречи она расценит как ваше угасшее чувство к ней… а ведь она так молода и полюбила, надо полагать, впервые в жизни. — Черт бы вас побрал! – вскричал Людовик, снова начиная энергично шагать от стены к стене. – Будь моя воля, аббат, клянусь рукой Моисея, потопившего египтян, я бы вас повесил! Вот уже сколько времени мы с вами толчем воду в ступе, и вы только сейчас соизволили вспомнить о том, о чем надо было сказать в самом начале! У вас что, камень вместо сердца? – Он ткнул себя пальцем в грудь. – Воистину, всех церковников лепили из одного теста! Вместо души у вас Моисеевы скрижали, а вместо сердец – своды пещеры, укрывшей мать Иоанна Крестителя. — Так вы, как я понимаю, согласны? – робко спросил Ла Гранж. — Что? Согласен ли я? И вы еще спрашиваете, разрази вас гром! Нет, положительно, я забыл упомянуть о головах; они у святых отцов там, откуда у всех остальных людей растут ноги. Что вы смотрите на меня, будто я наконец-то вернул вам долг в тысячу экю? Бегите скорее к епископу, а потом возвращайтесь сюда! Получив позволение, мы выезжаем в Булонь рано утром двадцать второго июля. Ну, что вы стоите на месте, как гвоздями прибитый?! Но аббату – хоть тресни! – захотелось еще раз понаблюдать за игрой чувств собеседника. Ему, духовному лицу, не так часто приходилось видеть, как горит у человека в глазах пламя страстей; все больше унылые физиономии да сгорбленные спины мелькали перед глазами. К тому же что-то ему подсказывало: Людовик согласится-таки; сноха возьмет верх над свекром. И он сам не заметил, как ляпнул: |