Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 187 – Сьюзен Уилсон

Приам затряс головой:

— В лагере что, никого нет?

— Его сровняли с землей, крепостной вал разрушен, ров закопан, будто ахейцы никогда и не приходили в Трою. Все, что осталось, это остатки нескольких тлеющих укрытий.

Своей новостью воины, наверное, хотели заработать мгновенное продвижение по службе или хотя бы ценные награды. Но Приам только, нахмурившись, посмотрел на Антенора.

— А если это ловушка? Пошлите за Энеем. Ему понадобится новая лодка. Он должен обогнуть Тенедос: ахейцы могли спрятаться в одной из его бухт.

Советник поднял одну бровь.

— Флот такого размера? Определенно, невозможно. Ахейцы, вероятно, отплыли, пока мы решали, как поступить с Ахиллесом. Его смерть, наверное, их сломила. А если не так, то на материке есть укромные места получше. Нужно послать разведчиков на юг.

Разгорелась полемика, в результате которой все советники согласились, что возле Тенедоса нет бухты, способной вместить весь ахейский флот. Приам решил снарядить разведчиков вдоль побережья и еще один отряд отправить на гору Ида, чтобы они изучили горизонт.

Взмахом пальцев Приам разрешил принесшим новость воинам уйти. Они нерешительно замялись, и Приам раздраженно спросил:

— Что еще?

Старший облизнул губы.

— Тут еще такое дело, ваше величество. Думается, вам лучше увидеть своими глазами.

* * *

Толпа, стоявшая на прогретом солнцем берегу, хранила молчание. Каждая голова была запрокинута назад в созерцании оставленной на песке скульптуры: гигантского деревянного коня.

Конь поднимался в высоту на три добрых человеческих роста и обладал широким туловищем на длинных, крепких ногах, закрепленных на платформе с колесами. По словам Лаокоона, верховного жреца Апалиунаса, изготовлен он был из кизилового дерева, кощунственно вырубленного в священной роще бога, расположенной на нижних склонах Иды. Стоявший в тени огромного животного жрец указал на его заднюю ногу.

Елена уставилась на вырезанные там странные символы. Несмотря на полуденный зной, ее пробрал озноб. Она пожалела, что вышла из своей спальни и, почувствовав изменение настроения во дворце, присоединилась к царской свите. Вырезанные символы напоминали пучки стрел с перевернутыми наконечниками.

— Это общий язык, аккадский, – сказал Лаокоон. – Тут написано: «За свое благополучное возвращение домой ахейцы посвящают это благодарственное подношение Афине».

Два маленьких сына жреца пришли с ним вместе, чтобы посмотреть на коня. Воспользовавшись тем, что отец отвлекся, они украдкой глянули на родителя и незаметно улизнули. Наконец-то дети Трои могли играть на великолепном пляже, о котором они мечтали на протяжении бесконечной оккупации ахейцами.

Стоявшая рядом с Еленой царевна Кассандра тихо произнесла:

— Мне это не нравится. Похоже, это ловушка.

Ловушка и есть, подумала Елена. Великий Обман.

— Несомненно, – поддержал советник Антенор. – Они сделали коня таким огромным, потому что надеются, что мы не затащим его в ворота.

— Тогда для чего они сделали колеса? – спросила Елена.

Антенор поднял брови, будто ответ очевиден:

— Конечно, для собственного удобства. Они наверняка сделали его на равнине, а потом прикатили сюда.

— Почему в форме коня? – не унималась Елена.

— Опять же, это очевидно. Конь – это сухопутный корабль. Ахейцы хотят благополучно добраться до дома, поэтому сделали для своей богини коня. Они рассматривают смерть Ахиллеса правильно: она стала божьим наказанием за похищение Девичьего камня. Эта лошадь – возмещение. Она сделана для того, чтобы умилостивить богиню и обеспечить им ее поддержку во время путешествия. Но они соорудили ее такой большой, сочтя, что это вынудит нас оставить ее на берегу. И за это ярость богини перейдет с них на нас.