Книга Песнь безродного, страница 193 – Карина Володина

— Да-да, конвертация согласий в тошнотворные бутерброды была произведена неверно, я могу съесть ещё один и, может быть, даже салат, – нетерпеливо говорит Нила, начиная пружинить на месте. – Не волнуйся, у тебя будет время распить стандартную бутылочку с твоими высокородными алкоголиками в апартаментах, Флорин Ротару не останется сегодня без компании. Мы быстро, Алин. Очень быстро. Просто посмотрим.

— Ладно, – покладисто соглашаюсь я.

Похоже, Нила не ожидала такого стремительного одобрения – но я вовремя понимаю одну вещь и не ввязываюсь в бесконечные споры и уговоры.

Всё и правда произойдёт «очень быстро» – потому что Нила при всём желании банально не сумеет вскрыть дверь.

…или сумеет.

— Дядя Мати! – очаровательно улыбается Нила окошку видеозвонка. – А вот и я! Помните, вы обещали мне сегодня помочь? Мы как раз возле квартиры моей подружки! Бедная Антуанетта, как же она умудрилась так захлопнуть дверь…

«Антуанетта». Прекрасное румынское имя.

— О, Нила, – говорит Мати Коппель с экрана. – Да, конечно, Антуанетте не повезло. Это очень печальная ситуация. Неужели ей до сих пор не удалось справиться с этой дверью?

— Ах, дядя Мати, – беззаботно щебечет Нила. – Нет, вы представляете, никак! Родители подарили ей эту квартиру в прошлом году, и, к счастью, она живёт здесь совсем одна – иначе был бы та-а-ако-о-ой скандал…

Стандартное положение дел – родители дарят квартиру шестнадцатилетней девушке для единоличного проживания. Нила даже не старается сделать эту сказку правдоподобной.

— Да, скандалы – это большой стресс, – задумчиво соглашается Коппель. – А стресс – это не очень хорошо… О, здравствуйте, Алин. Вы та самая подруга Нилы? «Антуанетта». Какое необычное прозвище. Но у нас всех свои причуды.

Нила споро переключается с фронтальной камеры на обычную.

— Нет-нет-нет, дядя Мати, Алин здесь за компанию, – быстро говорит она, толкая меня в бок – видимо, не понравился вырвавшийся у меня смешок. – Антонина…

— Антуанетта, – услужливо поправляю я.

— Антуанетта, –Нила сверкает на меня глазами, – очень переживает, и мы оставили её в кафе неподалёку. Зачем ей смотреть лишний раз на эту дурацкую дверь, верно?

— Да, возможно, дверь может расстроить её ещё больше, – как всегда, не спорит Коппель. – Это вполне вероятно. Но Антуанетте стоит подумать о том, что соседи могут счесть её попытки вскрыть дверь несколько преступными. Да, Антуанетте стоит подумать об этом. Иначе её отец очень обидится на неё и на меня.

— Ах, дядя Мати, нам очень, очень повезло, – отвечает ничуть не смущённая этим намёком Нила. – Антуанетта только заселилась в новый комплекс, и на этаже совсем нет соседей. И этажом ниже. А выше – только крыша… Небеса за нас, дядя Мати!

— Да, небеса явно любят Антуанетту, – отвечает Коппель. – Трудно не согласиться. Да, но Антуанетте всё же следует быть осторожной. Может быть, её ответственному другу Фунару стоит немного постоять на страже.

Потрясающе.

— Мастер Коппель, – мягко говорю я. – Вы понимаете, что Нила сейчас собирается проникнуть на чужую территорию? Если быть точнее, в квартиру её историка, которого мы подозреваем в вампиризме. Просто хотел бы прояснить этот момент.

— Алин!

— О. – Голос Коппеля почему-то становится воодушевлённее. – Тогда всё гораздо проще. Да, я хорошо знаю эту дверь. Очень хорошо. Я уже работал с ней раньше. После того, как Павел Стан попал в больницу. Но в этой квартире не было ничего интересного. Он только въехал.