Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 75 – Анна Солейн

Внутри все скручивалось узлами и колотилось. Я не спала всю ночь и несколько раз плакала. Хотя казалось бы, ну какие у меня для этого причины? А никаких. Вот и не стоит об этом думать.

— Могло быть и лучше, — сглотнув, сказала я. — Но с вашими глазами мы поработаем позже. С сегодняшнего дня будем учиться включать вашу нервную систему в работу. Готовы?

Я вдохнула и выдохнула, пытаясь взять себя в руки и настроиться на деловой лад. Весь последний месяц мы с Ашером занимались в основном тем, чтобы вернуть его суставам и мышцам подвижность и убрать спастику.

Теперь, когда основные последствия долгой неподвижности удалось преодолеть, настало время потихоньку учить Ашера заново ходить.

— Разве у меня есть выбор? И как же ты планируешь включать в работу мою нервную систему, целительница Уэйн?

— С помощью активно-пассивной гимнастики, разумеется, — задумчиво сказала я, рассматривая его фигуру и босые ступни.

За то, чтобы он перестал носить дома неудобные туфли, провоцируя отеки, мне пришлось буквально воевать, но без них лимфе в теле Ашера, стало, конечно, намного легче.

Нет, пора.

Дальше тянуть уже не имеет смысла, мы просто будем терять время.

Пассивные движения, когда я сама сгибала и разгибала суставы Ашера, сделали свое дело. Конечности перестали быть деревянными, любое движение перестало напоминать попытки воспользоваться давно заржавевшим механизмом. Тело Ашера уже не сопротивлялось самому факту, что ему вообще приходится двигаться.

Но проблема ведь была не в суставах и даже не в мышцах.

В случае Ашера проблема была в том, что мозг, говоря упрощенно, после инсульта разучился пользоваться собственным телом.

А значит, можно сколько угодно сгибать и разгибать суставы, работать над растяжкой и даже насильно усадить Ашера на шпагат, но ничего не изменится до тех пор, пока нервная система не начнет как следует проводить нервные импульсы от мозга к конечностям, а для этого нужны тренировки.

Вопрос с тем, как быть с магией Ашера, пока оставался для меня открытым.

За прошедшее с начала нашего лечения время я не раз и не два наведывалась в городскую библиотеку, говорила с Метьюзом и даже просила у Ашера добыть из столицы книги по анатомии драконов, книги, где описывался бы их магический дар и даже где рассказывались бы легенды.

Увы, информации было — кот наплакал. Я прочитала все, что нашла от корки до корки, но не узнала об отслойке второй ипостаси ничего нового. Потеря дракона, потеря магии, считались неизлечимыми и приводили к быстрой смерти.

В местных книгах не было ни слова о том, что дракона можно вернуть, а остатки магии, как утверждал некий Ульрих Вернадский, рано или поздно утекали из тела, оставляя его пустым, словно разбитый кувшин.

Я, конечно, не умела так красиво подбирать метафоры, но считала, что утрата дракона — такое же последствие инсульта, спровоцированного адреналином, как и утрата способности ходить.

Вот только если с мышцами я умела работать, то о том, как призвать обратно дракона, не имела ни малейшего понятия.

Из размышлений меня вырвал тихий смешок.

— О. А ты умеешь удивлять, целительница. Пассивно-активная гимнастика — это что-то сродни черно-белому цвету, кисло-сладкому вкусу или верхне-нижнему этажу?

Я почувствовала, что уголки губ против моей воли разъезжаются в стороны, и разозлилась.